История — часть 8-я. Византия: вторая эпоха имперской Греции

Византия: вторая эпоха имперской Греции

Византия — самая продолжительная (по времени существования) империя в истории человечества.

Основание в 330 г. Константинополя и разделение империи на восточную и западную при Диоклетиане не принесло Греции большой пользы — страна оказалась далеко от различных торговых путей, которые стали развиваться с основанием новой столицы. После смерти императора Феодосия в 395 г. империя распалась окончательно и Греция, равно как и малоазиатские владения Рима, некогда входившие в состав эллинистических государств, и Египет, вошла в состав Восточной Римской Империи, известной впоследствии в истории как Византия.

Становление Византии (4-6 века)

Основание в 330 г. Константинополя и разделение империи на восточную и западную при Диоклетиане не принесло Греции большой пользы — страна оказалась далеко от различных торговых путей, которые стали развиваться с основанием новой столицы. После смерти императора Феодосия в 395 г. империя распалась окончательно и Греция, равно как и малоазиатские владения Рима, некогда входившие в состав эллинистических государств, и Египет, вошла в состав Восточной Римской Империи, известной впоследствии в истории как Византия.

Этот исторический момент был омрачен нашествием готов под предводительством Алариха. Он прошел Македонию, опустошив Иллирию, направился по Адриатическому побережью до Никополя, а оттуда вторгся в Фессалию. Когда настигший его здесь Стилихон был отозван императором Аркадием в Италию, Аларих пробился без труда через Фермопилы и разорил Аргос, Спарту и другие районы Пелопоннеса. Спас Грецию от окончательной гибели Стилихон в 396 году н. э.

Зачастую сам по себе византийский период истории Греции воспринимается историками как некий регресс на фоне блеска античной эпохи, едва ли такой взгляд на соответствующий вопрос можно охарактеризовать как отличающийся глубиной. Во-первых, более чем спорен сам момент формирования исторического феномена Византии — несмотря на то, что иногда ее старт датируют основанием Константинополя (323-330 гг.), иногда введением тетрархической системы при Диоклетиане (с 285 г.), иногда — разделением империи на восточную и западную части после смерти Феодосия Великого. Однако стоит отметить, что Византия вплоть до времён Ираклия ещё очень сильно напоминала античный Рим. Тем не менее сама инфраструктура институтов императорской власти скорее была сродни не Риму эпохи принципата или домината, а системам власти эллинистических государств. Хоть византийцы и называли свою страну Βασίλειο των Ρωμαίων, то есть Римским царством или просто Романией, а себя — ромеями, то есть римлянами, имперская культура сформировалась на базе уже существующих элементов римской традиции, эллинистических институтов государства с мощной подпиткой христианского мировоззрения и базой греческой культуры со всем опытом, наработанным греческой цивилизацией за плечами. Не менее важным аспектом стало то, что несмотря на ущерб, причиненный Греции нашествием готов, Греция, да и Византия в целом, избежала нашествий варваров, разорвавших плоть Западного Рима. Большую часть достижений античной инфраструктуры удалось сберечь и темные века раннего средневековья были неведомы для византийского пространства. Достаточно отметить, что в 10 в. византийские города были единственными в Европе, в которых функционировала такая обычная для античности часть инфраструктуры как водопровод.

Термин «феодализм» может быть применен к византийскому обществу только в поздний этап развития империи, да и то более с чем большими оговорками. Несмотря на мощнейшую прослойку аристократии Византия отличалась просто невероятной для своего времени социальной гибкостью — сын императора мог закончить свои дни чиновником средней руки, а сын конопатчика (император Михаил Калафатис) — императором. И такого рода пертурбации никого не удивляли.

Искусство Византии было прямым продолжателем традиций античности, особенно это было выражено на первом этапе его развития — так, «синайские иконы» 6-го в. по реализму ещё напоминают  античные картины. Постепенно искусство менялось, но абсолютно необоснованными являются попытки некоторых исследователей на основании исчезновения светской скульптуры или деградации монетного дела поздней Византии судить об общем упадке искусства этого периода по сравнению с античностью и даже ранней Византией. В Византии никогда не было недостатка в хороших мастерах, просто с течением времени акценты искусства смещались — да и не стоит забывать, что если территориально в эпоху Юстиниана Великого влияние этой цивилизации простиралось на пространства от Кордубы (Кордовы) и до Карфагена и от берегов Дуная до берегов Евфрата, то через 900 лет этих пространств у империи уже не было. 

Крайне важно и влияние Византии на соседние (и не только) страны — Византия в первую очередь оказала серьезное влияние на культуру Италии, особенно Венеции, причем и эпоха Возрождения в немалой мере была инспирирована Византией — в 13-15 вв. большое количество греков Константинополя, Малой Азии, Салоник и Пелопоннеса покидали родные места и уезжали в Италию, где стали учителями многих деятелей этого периода. Уже в 16-м веке в поствизантийское время бывший иконописец критянин Доминикос Теотокопулос эмигрировал в Испанию, где стал Эль Греко — признанным мастером эпохи Возрождения. И даже уже после падения Константинополя для любого итальянца, желавшего сделать карьеру при лучших домах Венеции, Флоренции или Генуи, не было более действенной рекомендации, чем образование, полученное в бывшей византийской столице.

Ещё более серьезное влияние было оказано в свое время на славянские,народы, осевшие на Балканах — болгар, сербов, румын и других. Молодая Киевская Русь приняла крещение от Византии, дав начало культурам Украины, России и Беларуси в 988 г. — по иронии судьбы в тот же год, когда в Лаконии были крещены последние греки-цаконцы, потомки древних спартиатов, исповедовавшие древнегреческую религию. Собственно, византийская культура продолжила жить и после падения империи и все православное искусство, ритуалы и обряды — тоже не что иное, как след Византии.

Стоит отметить, что как раз перед разделением империи во времена Феодосия Великого с 381 по 392 г. был издан ряд указов, окончательно закрепивший за христианством роль единственной официально разрешенной религии государства. В 393 г. состоялись последние олимпийские игры. Несмотря на эти меры, язычество довольно долго сохраняло свои позиции в Греции — как уже сообщалось выше, последние язычники были крещены только в 988 г., а последний храм древнегреческой религии был закрыт в 950 г., но не на территории Византии, а в Харране (Каррах), который тогда входил в состав Багдадского халифата.

Интересно отметить и следующий исторический факт. Византия начинает развиваться в тот же исторический момент, когда далеко на востоке, на территории современных Индии и Пакистана угасли последние очаги индо-греческой культуры, которая некогда была донесена сюда на наконечниках сарисс македонских пехотинцев, пришедших с Александром Великим в эти земли.

Начало Византии было означено резким ухудшением отношений с Западом. Так, когда Стилихон в 395-396 г. остановил полчища Алариха, император Востока Аркадий лично настоял на прекращении действий против Алариха, как «друга Рима». А спустя шесть лет, когда Аларих снова вторгся в Западную Империю, Аркадий «отблагодарил» Стилихона, предоставив ему самому разбираться с готами, с чем тот, впрочем, справился и без поддержки Востока. При этом готы пытались поднять беспорядки и в самом Константинополе, что было пресечено в зародыше в 400 г.

Волнения, в особенности на религиозной почве — сначала ариан, потом монофизитов и монофелитов, а позже — иконоборцев, стали одним из сопутствующих факторов общественной жизни в Византии в ранний период ее развития. Так, в правление Аркадия между сторонниками правительства и последователями патриарха Константинопольского Иоанна Златоуста иной раз разгорались настоящие бои, дело дошло до сожжения церкви Св. Ирины за попытку установки около храма статуи императрицы Евдоксии. В 408 г. выходит ещё один эдикт против язычников, запрещавший почитание старых богов, храмы должны были быть закрыты и использоваться как «общественные сооружения». Также было запрещено поклонение языческим богам даже в домашних святилищах.

Начало 5-го в. стало более чем тяжелым для обеих частей некогда единой империи — в 410 г. вестготы во главе все с тем же Аларихом взяли Рим и разграбили его. В 428-429 гг. вандалы захватили часть Испании, а затем высадились в Западной Африке и захватили территорию от Карфагена и до Гибралтара. Попытка в 443 г. отвоевать эти земли при незначительном участии Восточной Империи оказалась бесплодной. Положение Восточной империи было куда лучше — при императоре Феодосии Втором возводятся новые укрепления столицы и 92 башни становятся гарантией безопасности Константинополя на последующие почти восемь веков. 

На востоке Византии неизбежно столкнулись две мощнейшие исторические стихии того времени — сама Византия и окрепшая Персидская империя Сасанидов. Мечтой Сасанидов оставалось завоевание всех земель, которые когда-то входили в состав ещё древней империи Ахеменидов и вплоть до 7-го в. эта борьба на Востоке стала неотъемлемой деталью византийской действительности.

Набеги гуннов стали также обычным делом для той эпохи и в особенности положение усугубилось после 443 года, когда объединение этих племен возглавил Аттила. В этот год, предварительно уже разорив Иллирию и часть Фракии, правитель гуннов угрожает и непосредственно Константинополю. Ввиду того, что были взяты Аркадиополь и Филиппополь, византийцы предпочли откупиться 6000 серебра с обещанием ежегодной выплаты гуннам такой же суммы. В 448 году к «бичу Божию» отправляется посольство с двумя целями — заключить договор с Аттилой и попытаться отравить вождя гуннов. При этом о второй цели едва ли знали сами участники посольства Максимиан и его помощник писатель Приск Манийский, который впоследствии оставил полное описание экспедиции в своем литературном произведении. Аттила встретил римлян недружелюбно, пожелав, чтобы:» с ними стало то, чего мне они желают», поскольку заговор стал известен ему из своих источников. Позже он сменил гнев на милость, отправив с послами сына подкупленного ромеями гунна Вигиллы с пустым кошельком на шее с вопросом, узнают ли они этот предмет.

Важнейшим аспектом было и появление нового образовательного центра, так называемого  «Аудиториума» в Константинополе, а по факту — первого в истории средневекового университета. Теперь помимо философской Академии в Афинах, основанной ещё Платоном и Аристотелем, у Византии появилось свое очень мощное образовательное учреждение, быстро завоевавшее славу на всю империю.

Параллельно происходили грандиозные споры монофизитов — сторонников разделения человеческой и божественной сущности Иисуса Христа и сторонников догм христианства, принятых на Первом Вселенском соборе в Никее, которое состоялось ещё в 325 г. В 449 г. на созванном в Константинополе Вселенском соборе, названном впоследствии «разбойничьим» за жёсткий нажим на оппонентов, монофизитам удалось одержать победу, но спустя два года это направление было окончательно предано осуждению. Император Феодосий Второй довольно жёстко был настроен как против христианского инакомыслия, так и против язычников — в 426 г. он приказал сжечь Олимпию, одну из главных святынь древнегреческой религии, есть также версия, что в его правление сгорела вывезенная в Константинополь из Олимпии статуя Зевса работы Фидия.

Стоит добавить, что супруга Феодосия Второго уроженка Афин Евдокия сделала немало как для своего родного города, так и для других регионов Греции. Однако император обвинил ее в измене — предание сохранило подробности этой интриги. Якобы Феодосию Второму преподнесли в дар необычайное по размерам фригийское яблоко. Император подарил его императрице, та отдала его своему фавориту Павлину, а тот в свою очередь решил отдать его императору. Когда Феодосий зашёл к Евдокии, он попросил показать ему подарок, та же заявила, что съела яблоко и тогда император показал его ей. Последовала неприятная сцена, после чего Евдокия навсегда потеряла благосклонность супруга, была сослана в Иерусалим, где и прожила остаток жизни, но на смертном одре утверждала, что императору она не изменяла.

В 450 г. снова возникает гуннская угроза — Аттила собирает огромную армию и сосредотачивается для вторжения на границах Византии. В следующем году он отправил посольство в Константинополь с требованием дани. При этом именно данное нападение гуннов сопровождалось весьма опасной политической интригой — Августа Гонория, томящаяся своим полусвободным положением, отправила Аттиле перстень с предложением себя в жены. Вождь гуннов уцепился за возможность обеими руками, так как мать Гонории Галла Плакидия была сестрой Аркадия и Гонория и дочерью Феодосия Великого, что давало в перспективе возможность мужу Гонории претендовать на оба трона — западный и восточный. Император Маркиан выслал ее из Константинополя в Равенну, а Аттиле ответил: «Золото у меня для друзей, для врагов — железо». Аттила, решив, что прежде всего надо решить вопрос с римлянами на Западе, развернул свою орду на Рим, но, несмотря на первоначальные успехи в Галлии, потерпел поражение в битве на Каталаунских полях в Шалоне и был вынужден отступить. В 452 г. он повторил вторжение на запад, но чума и скоропостижная смерть, а по другим данным убийство Аттилы на ложе пленницы Ильдико, нейтрализовали опасность. 

Монофизитство, имевшее своим оплотом Александрию Египетскую, попыталось блокировать поставки зерна, так как Египет был основной житницей Византии 5-го в. Маркиан сориентировался быстро и перенаправил караваны с зерном по Нилу в Пелусий, а оттуда — напрямую в Константинополь. Александрия, ощутив сама угрозу нехватки зерна, признала главенство решений антимонофизитского Халкидонского собора 452 г. 

На это же время, когда восток некогда единой империи переносил эти неспокойные эпизоды, на западе произошел очередной коллапс — флот короля вандалов Гензериха захватил вечный город и налетчики две недели бесчинствовали в Риме. 

В 467 году состоялась последняя военная экспедиция, армии и флота двух империй. Несмотря на удачное ее начало — взятие Сардинии, осаду Карфагена и ряд побед на море, не в последнюю очередь вследствие нежелания договариваться обоих военных руководителей экспедиции, объединенные войска потерпели полный разгром. В сущности, таким образом предприятие, успех которого мог бы спасти Западную Империю, поражением приблизило ее падение.

В 476 г. в правление императора Зинона, который был выходцем из ближневосточного племени исавров и носил имя Трасикодисса Западный, Рим пал — начальник дворцовой стражи Одоакр сверг последнего императора Ромула Августула и отправил императорские регалии с аннотацией «Как одно солнце на небе, так и на земле один должен быть император». Зинону ничего не оставалось, кроме как сделав хорошую мину при плохой игре, даровать Одоакру звание патриция. Этот же период характеризовался мятежом и в Византии, причем беспорядки продолжались вплоть до 488 года, а последние три года правления Зинона отличились жесточайшей реакцией. Впрочем, и при его преемнике Анастасии Первом Дикоре так называемая «плебейская война»бушевала ещё несколько лет. 

Во внутренней политике важным событием в 497-498 гг. стала отмена хрисаргира — налога золотом и серебром, который взимался раз в пять лет с людей, которые заняты ремеслом и торговлей. По факту эта подать охватывала все имущество населения вплоть до собак и ослов и превратилась на тот момент в реальный тормоз экономики. Был введен новый налог монетой  — хрисотелия. Также в 498 г. была проведена денежная реформа, когда к серебряной и золотой монетам добавилась и медная. В 501 г. император особым эдиктом запретил продажу государственных должностей и эти меры привели к тому, что в казне ко времени смерти Анастасия накопилось 320 000 фунтов золота при том, что в тот же период велись как дорогостоящие войны, так и обширное строительство.

К концу 5 в. еще в правление Анастасия Дикора начались первые нападения на Византию авар, болгар и славян — при том, что последние два народа на тот момент не были ещё ассимилированы друг другом, это произойдет позже. Так, первые столкновения произошли в 493 году, а уже в 499 г. на границах Фракии был уничтожен 15-тысячный отряд ромеев, после чего ее разграбили, а уже к 517 году эти племена дошли до Македонии и Эпира. А в 493 году вождь остготов Теодорих, отличившийся и во время восстания ещё в Зиноновы времена, сверг Одоакра, который вскоре был казнён и получил от Анастасия императорские регалии четырьмя годами позже. Так в Италии сформировалось государство остготов.

В 503-506 гг. разгорелась очередная война с Сасанидами — первоначально персам сопутствовал успех, пала, хоть и с большими потерями для иранцев, крепость Амида, но в конце концов шах Кавад был вынужден заключить мир с ромеями. Также серьезным испытанием для империи стал бунт полководца Виталиана, который подавить Анастасию удалось с огромным трудом.

Монофизит по религиозным взглядам Анастасий скончался в ночь с 8 на 9 июля во время сильной грозы, что дало пищу для предания о том, что якобы его поразила молния за его убеждения в вопросах веры. Рассказывают, что незадолго до его смерти Анастасию приснился сон, что его преемником станет человек, который утром первый появится в его поле зрения. По пробуждении императора первым к нему с докладом вошёл комит эскувитов (одна из чиновничьих должностей периода ранней Византии) Юстин. Рассказывали также, что однажды, обходя императора, Юстин наступил ему случайно на край хламиды, на что Анастасий обернулся и сказал ему с улыбкой: «ну чего ты так спешишь?» Вступление на престол этого человека стало началом грохочущей эпохи, ознаменованной великими деяниями не только самого Юстина, но и его великого племянника Юстиниана. Это было время очередного торжества эллинизма и период, когда греческий мир простирался от берегов Дуная и до берегов Евфрата.

Действия Юстина Первого на довольно благой почве, которая была создана императором Анастасием, создали базу для рывка времён Юстиниана — триумфа, которого империи ромеев никогда не суждено было более переиграть. Юстин пришел к власти на волне выдачи пособий населению, задуманной придворным евнухом Амантием, однако, будучи человеком пусть и необразованным, но умным и умеющим ловить свою удачу, он раздал эти средства от своего имени. Впоследствии Амантий и его сторонники будет казнён.

Религиозная деятельность Юстина была сосредоточена на достижении полного торжества ортодоксии. Он взял курс на примирении с Папой Римским, хотя раздор между восточной и западной церковью, вошедший в историю как «схизма Акакия» продолжался уже 35 лет. Это вызвало новое обострение отношений между королевством остготов и Византией, несмотря на политические реверансы Юстина, произведшего в консулы в 519 г. внука правителя остготов Теодориха Аталариха. 521 г. стал знаковым в плане событий на востоке — регион Лазики на Кавказе отошёл от Персии и перешёл под протекторат империи ромеев. 

В 525 г. сильнейшее землетрясение прокатилось по всей империи, разрушив ряд городов, включая Антиохию на Оронте — один из крупнейших городов востока Империи. Юстин выделил большие средства на восстановление. В целом, Юстин заботился о том, чтобы в стране царили мир и стабильность, а понимая необходимость наличия у власти образованного государственного деятеля, дал необходимые знания своему племяннику Юстиниану, а с апреля 527 г. объявил его своим соправителем. В августе того же года Юстин умирает и Юстиниан становится единственным властителем Византии.

Положение Юстиниана не напоминало обстоятельства, сложившиеся перед приходом в Македонии к власти Филиппа Второго. Скорее, деятельность Зинона, Анастасия и Юстина подготовила благодатную почву для всего того, что довелось впоследствии свершить Юстиниану. Тем не менее, второй год правления Юстиниана начался не с успехов. Византийцы, которые находились в состоянии вражды с Персией, проиграли сражение при Миндоне, а в довесок ко всем проблемам землетрясение в очередной раз разрушило Антиохию. Однако уже через два года была одержана победа в известной битве при Даре и в 532 г. было заключено перемирие, после чего взор Юстиниана обратился на запад. 

«Об одном умоляем мы святую и славную Деву Марию — чтобы по ходатайству ее удостоил Господь меня, своего последнего раба, воссоединить с Римской империей все, что от нее отторгнуто и довести до конца высочайший долг наш» — гласила новая программа восстановления империи от берегов Дуная и до берегов Евфрата. Началась подготовка к войне с вандалами.

Большая часть сената, включая одного из самых ближайших людей императора Иоанна Каппадокийского была против этой затеи, но Юстиниан пошел ва-банк и 22 июня 533 г. пятнадцатитысячное войско под командованием великого  полководца Велизария погрузилось на корабли и вышло в открытое море. В сентябре они высаживаются в Западной Африке и осенью и зимой громят войска короля вандалов Гелимера, который в 534 г. сдается на милость противника.  Победоносный Велизарий по возвращении отмечает победу грандиозным триумфом, а Юстиниан получил титуты «Вандальский» и «Африканский».

В Италии в королевстве  остготов случился переворот и, воспользовавшись вызывающим поведением правителя Теодахата, византийцы после сбора войск на острове Керкира атаковали пределы остготской державы: Мунд вторгся в Далмацию, а Велизарий захватил  Сицилию. Учитывая, что с севера Италии грозили франки, подкупленные ромейским золотом, Теодахат стал подумывать о сдаче, но в конце года гибель Мунда  несколько изменила положение. Однако уже зимой 536 года перегруппировка сил дала свои результаты, а вскоре был взят Неаполь. Теодахат был убит в результате переворота, а его место занял бывший солдат Витигис. 

В ночь с 9 на 10 декабря византийские войска вошли в Рим. Витигис попытался отбить город, но несмотря на десятикратное численное преимущество все попытки оказались тщетны. В 539 г. пала столица королевства остготов Равенна. Тем не менее, это событие привело к первой опале Велизария — готы, на волне неудач пойдя вразнос, предложили ему стать их королем и, хотя полководец отказался, это вызвало подозрения Юстиниана, который даже не дал справить Велизарию триумф и отправил его на восток, где начиналась новая война с Сасанидами. К титулам же императора добавился ещё и «Готский».

На этом война на Западе не закончилась. В 541 г. у готов появился энергичный и талантливый вождь Тотила. В следующие пять лет ему удалось вернуть почти все, что завоевали византийцы, малочисленные отряды ромеев старались вытянуть в чистое поле из опорных пунктов и крепостей, которые готы разрушали, чтобы их врагам негде было укрыться. В 545 г. Велизария возвращают на Апеннины, но без необходимого количества войск и денег ему не удается предотвратить захват Рима. Однако и там готы пробыли недолго, разрушить стены Вечного города они не смогли и через некоторое время Рим снова оказался в руках ромеев. Дабы улучшить обеспечение армии, Велизарий санкционировал изъятие фуража у мирного населения и это, а также суровые по отношению к простому люду  римские законы, привело к массовому бегству рабов и колонов, которые пополняли войско Тотилы. К 550 г. готы снова овладели Римом и Сицилией, а под рукой ромеев в Италии остались только Равенна, Анкона, Кротон и Отранте. На место Велизария был назначен его кузен Герман, но он умер в Фессалониках и тогда 552 г. Юстиниан направляет в Италию огромную по меркам эпохи армию в тридцать тысяч воинов под командованием талантливого полководца евнуха Нарсеса, армянина по происхождению. В июне этого года армия Тотилы была разбита в сражении при Тагинах, сам король был убит своими же придворными, а его окровавленные одежды Нарсес отослал Юстиниану. Во второй битве при Везувии были окончательно уничтожены остатки войска во главе с племянником Тотилы Тейей. Спустя десять лет были покорены готы, осевшие в регионах Реции и Норика. В 554 г. Нарсес разгромил семидесяти тысячную армию франков и алеманнов, которые вторглись в Италию и тогда же была выпущена «Прагматическая санкция» — все земли, равно как и все беглые рабы и колоны возвращались прежним хозяевам. Тогда же полководец Либерий отвоевал у вандалов юг и юго-восток Испании с городами Малагой, Кордубой (совр.Кордова) и Картаго-Новой (совр.Картахена).

Победа была одержана, но Италия была полностью разорена, в регионе царил хаос, по дорогам бродили шайки различных искателей приключений, а Рим, переходивший пять раз из рук в руки, обезлюдел и византийский наместник Италии перенес резиденцию в Равенну. На востоке в это же время с переменным успехом шла война с персидским шахом Хосровом. По результатам мира, который был заключён в 561-562 гг., ромеи получили Лазику, юг Крыма и Черноморское побережье Кавказа и обязались выплачивать 400 либр золота ежегодно. Тем не менее персы распространили свое влияние на кавказские области Абхазию, Сванетию и Мизиманию.  Однако обе стороны скорее измотали друг друга тридцатилетней войной и едва ли достигли чего-то существенного.

Во времена Юстиниана продолжаются и набеги славян из племени антов и гуннов (возможно, довольно часто такое название относится к болгарам, которые некогда входили в федерацию Аттилы). Так, в 530 г. Мунду удалось отразить натиск болгар и антов, но спустя три года они снова напали на Фракию. Около 540 г. орда кочевых гуннов напала на Фракию и Мезию, в борьбе с ними погиб племянник императора Юст и только ценой огромных усилий непрошеные гости были выдворены за Дунай. Через три года те же гунны напали на Грецию, дойдя до самых предместий Константинополя, а в конце 540-х гг. славяне разорили земли от верхнего течения Дуная до Диррахия (совр. Дуррес, Албания). В 550 году три тысячи славян снова вторглись в пределы империи, причем это нападение выделялось рядом жестокостей, выглядящих жутко даже по меркам эпохи. В 551 г., окрылённые успехом, славяне пытались подступиться к Фессалоникам, но прибытие армии во главе с многоопытным Германом остудило горячие головы и захватчики ушли восвояси. Новая атака болгар и славян последовала в 559 г., когда им удалось на юге дойти до Фермопил, а на востоке — до Херсонеса Фракийского. Положение усугублялось тем, что в столице, куда сбежалось все население разоренных предместий, практически не было войск. Оборона Константинополя была поручена Велизарию. В конце концов с помощью угрозы, исходящей от византийского мощного флота, который мог перекрыть Дунай и запереть славян на Балканах, удалось справиться с ситуацией, но малочисленные и разрозненные отряды ещё долго рыскали, бесчинствуя, по византийским землям. К этому же времени относится и начало колонизации славянами земель империи, где они начали оседать, образуя прочные общины.

В целом, как и в любой империи, бремя ее построения легло тяжким ярмом на жителей Византии. Юстиниан изобретал любые возможные способы для сравнительно честного «отъёма денег у населения» — порчу монеты, торговлю должностями, совершенно разорительной для крестьян была «эпибола» — принуждение осваивать пустующие соседние участки и платить налог с этой земли. «Юстиниан относительно денег был человек ненасытный и такой охотник до чужого, что все подвластное себе царство отдал на откуп частью правителям, частью сборщикам податей, частью тем людям, которые безо всякой причины любят строить козни другим. У несчетного числа людей богатых под ничтожными предлогами было отнято почти все имущество. Впрочем, Юстиниан не берег денег…»- пишет хронист Евагрий, впрочем, «не берег» не говорит о расточительности императора, а о его готовности выделить вырученные деньги на благо государства — естественно, в понимании Юстиниана.

Все производство, торговля и ремесленничество жесточайшим образом контролировались государством. Большой доход давала его монополия на производство различных товаров — так, в правление Юстиниана Византия обзавелась собственным шелком. Монахи-миссионеры, рискуя жизнью, так как в Китае секрет шелкопрядения не разглашался под страхом смерти, перенесли из Китая в полостях внутри посоха личинок тутового шелкопряда и вскоре монополия на производство драгоценной ткани стала приносить Византии колоссальные доходы. На территории Греции крупными центрами шелкопрядения стали Эдесса, Нафплион, Фивы, Фракия и другие города и регионы.

Не менее широкую деятельность вел Юстиниан и в области строительства. На востоке были восстановлены Амида, Дара, Антиохия, Феодосиополь (совр.Эрзерум), в Греции новые укрепления были возведены в Фермопилах и на Истме, на севере Балкан был восстановлен дунайский Никополь. Карфаген был перестроен, окружён новой стеной и переименован в Юстиниану Вторую, в то время как первой стал Таурисий — родина императора в Иллирии. Новые города были основаны в Крыму — Алустон и Горзувиты (совр. Алушта и Гурзуф). Цепь крепостей, напоминавшая древнеримские «лимесы» выросла по всей протяженности границ империи.

Тем не менее, самым великим сооружением, инициированным императором, стала построенная в 532-537 гг. церковь святой Софии. Однако появлению ее предшествовала кровавая история, известная как «восстание Ника». Это выступление было не единственным за юстиниановы времена — однако именно этот мятеж наиболее хорошо сохранился в истории, благодаря многочисленным описаниям в ряде источников. В тот период истории частым явлениям были схватки враждующих политических группировок на ипподромах, что было отражением глубоких социальных противоречий, выходивших на поверхность подобно современным стычкам футбольных болельщиков с той разницей, что в те времена те же по сути процессы выливались в настоящие побоища. В начале января 532 г. партия «прасинов» начала жаловаться на партию «венетов». В ответ венеты стали жаловаться императору и угрожать зелёным (прасинам), однако все просьбы были оставлены без внимания. Прасины с оскорблениями и угрозами покинули зрелища. На следующий день начались беспорядки, по итогам которых эпарх столицы Эвдемон приказал повесить нескольких не в меру разошедшихся болельщиков. Однако во время казни двое приговоренных — один венет и один прасин — сорвались с виселицы. Палач попытался привести казнь в исполнение, но толпа, узревшая в произошедшем знак свыше, отбила узников. Через три дня 13 января во время очередной фазы зрелищ люди потребовали от императора отменить казнь «Богом спасённых» и полученный отказ стал окончательным триггером восстания. Толпа понеслась с ипподрома, разнося в пух и прах все на своём пути, был сожжен дворец эпарха, нелюбимых чиновников и отличавшихся жестокостью стражников убивали на улицах. Венеты и прасины, оставив в стороне разногласия, объединились, требуя отставки Эвдемона, а также высокопоставленных чиновников Юстиниана Иоанна Каппадокийского и Трибониана. Несмотря на то, что на следующий день император пошел на выполнение этого требования, город стал неуправляем — решетки дверей и окон дворца были выбиты, в свалке пострадали клирики церкви Св. Софии и случившееся вызвало ещё один приступ ярости, а Велизарию пришлось отступить. Пожар продолжался три дня, сгорело здание сената, церковь Св. Софии, район вокруг дворцовой площади и больница Св. Самсона вместе с находившимися в ней больными. 17 января к императору прибыл его племянник Ипатий, которого толпа уже чуть ли не провозглашала новым василевсом (титул императора в греческой традиции), заверяя его в своей непричастности к мятежу, но Юстиниан не поверил и выгнал его с глаз долой. 18 января император сам явился на ипподром с Евангелием в руках и попытался извиниться перед народом за то, что с самого начала не прислушался к его требованиям, но толпа освистала его и Ипатия, несмотря на его протесты и слезы его жены, вытащили из дома и нарядили в похищенные императорские одеяния. Авангардом отряда, который должен был пробить ему дорогу во дворец, выступили две сотни прасинов во всеоружии, часть сената перешла на сторону повстанцев, а городская стража, охранявшая ипподром, отказалась впустить Велизария и его солдат. Юстиниан уже подумывал о бегстве, но его супруга Феодора сохранила мужество, заявив: «Если даже в самом деле нет другого спасения, кроме бегства, я не хочу бежать. Кто раз надел диадему, тот не должен переживать ее гибели, и я не увижу дня, когда меня перестанут величать императрицей. Если хочешь бежать, Цезарь, – иди! Средства в твоих руках, суда готовы, море открыто. Но я остаюсь. Я люблю старое изречение, что пурпур – лучший саван!». В этот же день был разработан дальнейший план действий. Нарсес подкупил часть влиятельных венетов, которые отказались таким образом от дальнейшего участия в восстании. В обход через сгоревшую часть города, через северо-западный вход ипподрома ворвался отряд Велизария, застав повстанцев, восхваляющих Ипатия врасплох, начал резню. Не ожидавшая удара, огромная, но неорганизованная масса людей смешалась и в этот момент через «ворота мертвых», которые использовали когда-то для выноса тел убитых гладиаторов, ворвался отряд Мунда. Началась бойня, после которой на арене и на трибунах остались лежать более 30 тысяч трупов. Ипатий и его брат Помпей были обезглавлены, та же участь постигла и примкнувших к ним сенаторов. Смещенные со своих постов Эвдемон, Трибониан и Иоанн Каппадокийский были возвращены в прежние должности. Жестокость, с которой было подавлено восстание, надолго отбила желание выступать против власти императора и только в конце правления Юстиниана в Константинополе были отмечены новые мятежи.

Тогда же было решено на месте сгоревшей церкви Св. Софии построить храм, который превосходил бы все известные на тот момент христианские постройки. В течение пяти лет архитекторы Анфимий из Тралл и Исидор из Милета возводили невиданное доселе сооружение. Сам император, не имея архитектурных навыков, дал несколько толковых советов в этом направлении. Результат заставил Юстиниана воскликнуть во время освящения храма Агиа София — «я победил тебя, Соломон». В Западной Европе купол, сравнимый размерами с куполом Св. Софии, возвели лишь 9 веков спустя. И, конечно, совершенно справедливо утверждение, лучше всего характеризующее это свершение Юстиниана — «святая София в Константинополе — это Парфенон Византии.»

Также стоит отметить и старания Юстиниана в области римского права — в 528-529 гг. группа юристов во главе с Феофилом и Трибонианом кодифицировала законы, начиная со времён Адриана, при этом не вошедшие в кодекс законы были объявлены утратившими силу. А с 530 г. комиссия из 16 юристов во главе с Трибонианом упорядочили юридические каноны по всему римскому законодательству и к 533 г. были созданы пятьдесят книг «Дигесты». В качестве своеобразного учебного пособия для правоведов были созданы «Институции». В целом 154 императорских указа (новеллы) вместе с уже существующими работами составили Corpus Juris Civilis — «Свод гражданского права», который лег в основу византийского и западноевропейского права. После этого было запрещено новое законотворчество, равно как и толкование законов в выгодном для себя ключе. Из юридических школ во всей империи было оставлено только две — в Константинополе и Верите (совр. Бейрут).

Стоит отметить и то, что была проведена административная реформа, особенно в плане управления отдаленными провинциями, такими как Италия и Африка, где через несколько десятилетий были созданы экзархаты. Также важной составляющей его деятельности было упрочение роли христианства в жизни империи. Если по отношению к ересям он был суров, то касательно язычества известно его высказывание: «язычников не должно быть на земле». На этой волне осуществилось одно из самых негативных деяний императора — в 529 г. в Афинах по приказу Юстиниана как языческое учреждение навсегда закрылась академия Платона и Аристотеля…

Великая империя была возрождена, но цена оказалась слишком высокой. Напряжение всех сил Византии привело к тому, что ресурс стабильности достигнутого был исчерпан ещё к концу правления Юстиниана. И его преемнику, Юстину Второму, пришедшему впоследствии к власти, пришлось констатировать, что страну он принял в самом бедственном состоянии.

В конце жизни император отошел от государственных дел и увлекся богословием. Ожидая результатов догмата о нетленности Тела Христова, который был разослан по епархиям, Юстиниан между 11 и 14 ноября 565 г. скончался. Человек, о котором Агафий Миринейский сказал — «первый, так сказать, среди всех царствовавших (в Византии) показал себя не на словах, а на деле римским императором», также попал и в третью часть «Божественной Комедии» Данте — великий поэт поместил Юстиниана в Рай.

Стоит отдельно отметить умение этого императора собирать вокруг себя способных людей — все его свершения во внутренней политике невозможно представить без Трибониана и Иоанна Каппадокийского, военные — без Велизария, Мунда, Германа и Нарсеса, общие — без его супруги Феодоры, бывшей актрисы цирка и проститутки, умнейшей и способнейшей волевой женщины, проделавшей путь от самого низа и до самого верха. При этом даже недоброжелатели Феодоры, оставив массу пикантных подробностей ее поведения до замужества, не смогли найти ни единой зацепки, дабы скомпрометировать ее подобным поведением в бытность императрицей…  Благодаря именно Феодоре в Византии появились законы, немыслимые для западного средневековья — они оберегали права женщин, например, о возможности женщины наследовать имущество, о разводах, а также законы, карающие соблазнителей и насильников. «Грабителей чести и похитителей целомудрия» приравняли к уголовникам. Столичные публичные дома были закрыты, их содержатели были подвергнуты  изгнанию, а проституткам предоставили возможность жить отведенном для их «исправления и раскаяния» монастыре.

Однако Юстиниан оставил крайне противоречивое наследство.  Как и говорилось выше, напряжение усилий всей страны привело к целому ряду экономических и внутриполитических сложностей. И уже в правление Юстина Второго, сына сестры Юстиниана Вигиланции, женатого на племяннице Феодоры Софии, империя начала трещать по швам. Впрочем, новый император, придя к власти, действовал методами популизма и сначала привлек симпатии народа раздачами, зрелищами и прощением долгов, да и навыки, полученные посредством работы под началом венценосного дяди не прошли даром. Во времена его правления Константинополь не знал волнений — при первых столкновениях венетов и прасинов первым он заявил:»Юстиниан для вас умер», а вторым — «Юстиниан для вас жив» и этого предупреждение подействовало. Важным шагом стала очередная в византийской истории отмена продажи государственных должностей в 569 г., притом что был введен новый порядок их раздачи — в частности кандидат назначался в ту или иную область при наличии большого количества рекомендаций из этой области. Однако в силу финансовых трудностей в конце правления императору пришлось вернуться к тому, от чего он пытался уйти и даже церковный сан ставился на распродажу. Продолжался начатый предшественниками процесс закрепощения крестьян  — так, новеллой 570 г. потомок колона и свободной женщины признавался «прикрепленным к тяглу», т.е. крепостным.

В политике в период правления Юстина Второго практика откупа от внешних врагов подарками и данью была решительно свернута — известны решительные ответы Юстина аварам, арабам и персам. Впрочем, если с ответами все выглядело достойно, то когда доходило до дела, все начинало выглядеть далеко не так впечатляюще. Армия числом в 150 тысяч человек не могла эффективно защитить  пространство от Гибралтара до Евфрата и это незамедлительно сказалось на том, как стала выглядеть карта империи уже через считанные годы после смерти Юстиниана… Так в 569-571 гг. огненный смерч нашествия берберов прокатился по Африке, во Фракии в 573 г. один из ромейских корпусов был разгромлен аварами, а командующий комит эскувитов Тиберий, будущий император, еле избежал плена. А в 572 г. вестготы напали на византийские владения в Испании и захватили Кордубу.

На востоке из-за восстания в Армении против персов и просьбы о помощи ромеев со стороны армян Византия оказалась втянута в войну с Ираном. Результатом стало увязание в конфликте, потеря крупной крепости Дара и неудача в попытке взять Нисибис. Примечательно, что анти персидский союз, заключенный с Первым Тюркским Каганатом, оказался бесполезен в военном отношении.

Однако основные события вновь развернулись в Италии. В 569 году лангобарды начали наступление на аппенинские владения империи. Молва приписывала эти события конфликту между августой Софией и Нерсесом, который выступал в роли наместника в Равенне. Якобы София насмешливо предложила престарелому евнуху присматривать за своими прядильщицами в женской половине дворца, на что уязвленный Нарсес пообещал «подарить ей такую прялку, с которой ей вовек не справиться» и призвал в Италию лангобардов. Уже в октябре 569 г. пал Медиоланум (совр.Милан). В осаду была взята Павия, которая падёт через три года. Нарсес, которому исполнилось 90 лет, отозванный ко двору, развернулся на полпути, но умер, не успев ничего предпринять. В 573 г. северная и внушительная часть центральной Италии были оторваны от империи, но влияние Византии на юге Италии продолжалось вплоть до 1071 года.

В результате император повредился умом и, понимая это в минуты просветления, сделал в 574 г. своим соправителем комита эскувитов Тиберия, сообщив ему: «Да не прельщают тебя блеск этой одежды или пышность видимых тобой предметов; увлекшись ими, я незаметно подвергся тяжким наказаниям…Если ты хочешь, я существую, если не хочешь – я не существую».

Натиск на империю продолжался — в 576 г. началась новая война с персами. Борьба на восточных рубежах шла жестокая, но назначение в качестве командующего даровитого полководца Маврикия, которому впоследствии тоже было суждено стать императором, изменило ситуацию в выгодном для ромеев направлении. Также удалось разгромить берберов в Африке. В Европе продолжало усиливаться давление славян. И если в 577-578 гг. сто тысячную орду во главе с Давритом удалось отразить после их вторжения во Фракию и Грецию, то спустя три года им удалось разграбить Фессалию. Тиверий получал многочисленные просьбы от жителей Италии защитить их от нашествия лангобардов, но вести войну на два фронта империя уже не могла, поэтому на западе император вел пассивную политику — против лангобардов удалось путем политических интриг направить их соседей франков и нанять часть лангобардов в качестве федератов, но большого облегчения Италии это не принесло. В 579-581 гг. под ударами аваров пал Сирмий. Уже в правление Маврикия из Армении были выведены десять тысяч христиан и расселены на Кипре. Продолжилось противостояние с Ираном и в конце концов Маврикию удалось воспользоваться обстоятельствами — шах Хормизд Четвертый умер в 590 г. через короткий период времени после поражения, которое персам нанесли ромеи и лишившийся престола Хосров Второй Парвиз бежал в Византию просить помощи. Она была предоставлена, шаху при помощи ромеев удалось свергнуть узурпатора Бахрама Чубина, но эта помощь очень дорого станет византийцам уже в довольно близкой перспективе. Однако покамест мир был заключен на самых выгодных для ромеев условиях — территории, потерянные ранее, были возвращены.

Но на Балканах в 583 г. авары и славяне снова разорили Грецию, а в 585 достигли предместий столицы. Только в 592 году ромеям удалось одержать над ними победу. Борьба продолжалась с переменным успехом до 600 г., когда лично Маврикий возглавил армию и разбил огромное войско авар.

В этот же период в Италии последовало усиление папства, причем в немалой мере этому способствовало то, что лично папе Григорию Первому пришлось возглавить оборону против лангобардов ввиду пассивности Константинополя. В то же время отношения восточной и западной церквей начинали портиться в немалой мере благодаря тому, что Маврикий признал константинопольских патриархов вселенскими, нарушив баланс времён  Юстиниана, когда признавался примат римских пап над  патриархами.

Византия (7-9 века)

В конечном итоге ряд ошибок Маврикия: его скупость, игнорирование ряда проблем и т.д., привели к коллапсу в 602 г. — император был свергнут, а на щит был поднят человек, вошедший в историю как правитель, роль которого оценивается почти единодушно всеми историками-византинистами как сугубо отрицательная — бывший офицер Фока. Маврикий и его семья были зверски казнены, а правление Маврикия привело к полному коллапсу во всех сферах жизни империи. Против аристократии был развязан террор. Единственной заслугой Фоки можно назвать некоторое потепление в отношениях с Папой Римским. В делах на востоке была совершена непростительная ошибка — к Хосрову Второму Парвизу отправили посольство, которое возглавил убийца Маврикия и его семьи Лелий. Памятуя о помощи, которая была оказана византийцами этому шаху в свое время, Хосров отказался признать власть Фоки и использовал его бестактность как повод к войне, не говоря уж о том, что как раз в Персии появился человек, выдававший себя за сына Маврикия Феодосия. В результате к 607 году Византия потеряла Армению и часть персидских войск дошла до Халкидона (совр. Кадыкёй, пригород Стамбула на азиатской стороне). Ещё один отряд Сасанидов взял Эдессу в Сирии (совр. Урфа), а иудеи, обозленные попыткой Фоки насильно обратить их в христианство, в палестинской Кесарии взбунтовались и сдали город персам.

Первый заговор против тирана назрел ещё в 605 г., но был раскрыт и подавлен с невероятной жестокостью. Другой инцидент произошел, когда два года спустя на ипподроме во время празднеств  выставили портреты членов императорской семьи, не знавший этикета Фока усмотрел в том, что его зятя Приска хотят уравнять с императором и приказал казнить виновных в этом магистров. Заступничество горожан спасло осужденным жизнь, но Приск, устрашенный поведением Фоки, начал интриговать против него. В 609 г. снова начались выступления в Константинополе, а в Сирии и Палестине против христианизации восстали иудеи. Выступления в этих районах подавлялись с поистине звериной жестокостью, которой отличился наместник императора Вон.

В результате в 609 г. начались волнения и в Карфагенском экзархате лидер региона Ираклий, армянин по происхождению отказался послать хлеб в столицу. Уже в следующем году он начал собрал войска и из Карфагена отплыла эскадра под командованием его сына, тоже Ираклия, а по суше отправился корпус, который возглавил племянник экзарха Никита. Войска последнего встретились в Египте с армией Вона, имя которого наводило ужас, но, хотя первые стычки для повстанцев были неудачны, под Александрией Никита одержал победу, мастерски использовав метательные орудия и Вон убрался в столицу. В октябре 610 года флот Ираклия-младшего показался в виду пристани Константинополя, прасины опустили цепь, которая перегораживала гавань и подожгли дворец. Вон был ранен, упал в море и захлебнулся, Фоке не оставалось ничего иного, как сдаться и он был казнён, а 5 октября его тело вместе с телом Вона и других приспешников было сожжено на площади Быка, где обычно казнили преступников. Ираклий-младший стал правителем империи ромеев.

Эпоха правления этого императора во многом стала переломной для государства — недаром часть историков и по сей день относит рождение собственно Византии к его временам. В любом случае это было время, когда греческий язык окончательно вытеснил латинский из обращения, в административном вопросе старый термин «провинция» стал сменять более привычный слуху византиниста «фема», а сама империя ромеев перестала в первом приближении напоминать Римскую. Однако помимо этих аспектов, наиболее трагическим фактором правления Ираклия стало то, что именно в его времена несмотря на самые невероятные усилия эллинистический облик восточных провинций Византии, устоявшийся ещё со времён Александра Македонского, был утрачен навсегда — и не талантливый правитель и полководец Ираклий стал тому виной. Ираклий принял власть в совершенно ужасающем беспорядке. Европейские владения разоряли авары и славяне, в Азии хозяйничали персы, при этом Хосров Второй Парвиз бесчинствовал в Византии, а финансовые, политические и административные дела пребывали в самом ужасном состоянии. И если нерадивых чиновников, поставленных Фокой, новый правитель отстранил от дел, многих казнив за злоупотребления, то с персами дела пошли изначально не так гладко.

С 611 г. для византийцев в войне начались сплошные неудачи. Так в 613 г. Ираклий потерпел поражение у стен Антиохии, а в 614 г. персы вошли в Иерусалим. В городе началась резня, инспирированная в том числе и иудеями в отместку за притеснения со стороны византийских властей. Храм Гроба Господня был сожжен, а древо Животворящего Креста, на котором был распят Иисус Христос, вывезли в Персию. Послов, которых Ираклий отправлял в Хосрову с мольбами о мире, или изгонялись, или подвергались мучительным пыткам и казни. Расстройство казны вынудило Ираклия пойти на перечеканку монеты, содержание золота в которой было уменьшено чуть ли не вдвое.

В 616 г. персы начали завоевание Египта, обладавшего для империи колоссальным значением. Через два года регион пал, августал (в ранней Византии — титул правителя Египта) Никита бежал в Карфаген и стал экзархом Африки. Перекрытие потока хлеба из Египта привело к перебоям со снабжением в столице.

На западе Византия теряла под натиском готов владения в Испании и к 624 г. только Балеарские острова и отдельные города оставались под властью ромеев. На севере Балкан постепенно складывались первые славянские государства. А в 617 император чуть не попал в плен к аварам при попытке заключения мира с ними. Об угрозе Константинополю в этот момент можно судить по намерению Ираклия перенести столицу в счастливый для него Карфаген, которое, впрочем, было быстро пресечено патриархом Константинополя Сергием.

И все же император не сдавался. В 619 г. при поддержке патриарха из церквей и богатых семей были изъяты золотые, серебряные и бронзовые предметы роскоши. Это позволило получить хоть сколько-нибудь свежее отчеканенных монет для продолжения борьбы. В первую очередь на эти средства был куплен мир с аварами. В 621 г. было набрано новое войско, состоявшее не из наемников-федератов, а из греков и армян — автохтонных народов империи. Император лично изучал будущий театр боевых действий, карты, стратегиконы, работы известных полководцев, имевших опыт боевых действий на востоке. В 622 г. Ираклий переправился в Малую Азию, тренировал в свою армию полгода и в 623 году сам вторгся в Персию. Война велась методом выжженной земли — при этом Ираклий повторял, что воюет с шахом, а невзгоды, которые приходится терпеть простому люду, являются следствием упорства шаха, продолжающего бессмысленную войну. Византийцы начали одерживать победу за победой, а попытка персов блокировать Константинополь в 625-626 гг., когда авары и славяне осаждали столицу Византии, закончилась ничем. В союзе с хазарами Ираклий осаждал Тбилиси, но не дожидаясь взятия города в 627 г. развернул армию в центр Персии и 12 декабря того же года неподалёку от развалин древней ассирийской Ниневии состоялось решающее сражение, в котором Ираклий одолел в поединке сасанидского полководца Рахзада, а персы потерпели полное поражение. Хосров Парвиз бежал из своей резиденции города Даздагерд и теперь роли поменялись — шах был вынужден бежать от Ираклия, который преследовал его по пятам.

В феврале 628 года он погиб в результате переворота и его преемник Кавад Второй Широе немедленно подписал с Византией мирный договор, выплатив ромеям огромную контрибуцию, вернув все захваченные территории и святыни включая Древо Креста.

Победа была одержана, но и Византия и Персия оказались ослаблены длительной войной. После триумфа император посетил Иерусалим, где, несмотря на клятву не мстить иудеям за их действия против христиан в ходе войны, поддался на требования последних и санкционировал еврейские погромы. В который раз евреям определили своеобразную «черту оседлости» за пределами Иерусалима.

Ещё более жёсткие беспорядки на религиозной почве начались в Александрии, когда патриарх монофизитов Афанасий обвинил в ереси императора, что обернулось репрессиями. Наиболее отличился в жестокостях александрийский патриарх Кир. Досталось также и иудеям. Обстановка накалялась, население Сирии, Палестины и Египта становилось в прямую оппозицию к правительству, что имело самые катастрофические последствия ввиду того,что стояло на пороге…

В 622 г. в Аравии никому не известный купец, исповедовавший новую веру, бежал от своих преследователей из Мекки в Медину, а через четыре года овладел Меккой, едва ли кто придал этому событию сколь-нибудь большое значение. В 627 году, как гласит предание, пророк Мухаммед отправил посольства к ряду арабских шейхов, шаху Ирана и Ираклию с изложением постулатов новой религии и предложением ее принять. Согласился шейх Бахрейна, шах приказал казнить послов, остальные отказались с различной степенью вежливости. В 631 г. Мухаммед послал отряд во главе со своим приемным сыном Саидом покарать некоего непокорного шейха. Тем не менее, не было учтено, что объект нападения находился на землях Византии, экспедиция была расценена как очередной набег арабов и отряд вместе с Саидом был полностью уничтожен. Мухаммед объявил ромеям священную войну, но в 632 г. он умер и с ромеями воевали уже его преемники. В 634 г. в Палестину вторглись армии арабов во главе с халифом Абу-Бакром. Правитель Палестины Сергий был разгромлен и казнён зверским способом.

В Константинополе в этот момент масштабов угрозы ещё до конца не поняли — как раз на этот момент удалось заключить мир с аварами, а также был выпущен очередной указ о насильственном крещении евреев. Летом того же года куропалат (титул «распорядитель дворца», эквивалентный титулу премьер-министра) Феодор был разбит в Сирии, прибыл к Ираклию в Эфес и заявил, что поражения являются карой Божьей за брак Ираклия с его собственной племянницей Мартиной. Смельчака отправили в столицу и он был отдан под стражу. В это же время умирает Абу-Бакр и халифом становится Омар — человек сколь аскетичный, столь же воинственный и жёсткий. Под ударами арабов пали Газа и Дамаск, но когда византийские полководцы Ваган и Трифорий собрали армию, на время столица Сирии была оставлена.

Решающее сражение состоялось на берегах реки Джермук(Ярмук). Эта битва, которая продолжалась с 15 по 20 августа 636 г., несправедливо забытая в школьных и университетских учебниках, стала одной из хрестоматийных в отношении виртуозности маневров кавалерии, но ещё большим оказалось значение в историческом контексте — именно эта битва оказалась водоразделом, навсегда превратившем эллинистический восток достоянием прошлого и открывшим путь новой крови и новой культуре, которой суждено было стать доминирующей в этих землях. Эпоха, открытая Александром Македонским, безвозвратно уходила в прошлое.

Битва завершилась полным разгромом византийского войска и Ираклий, как гласит предания, с возгласом: «прощай,Сирия», оставил Антиохию. В конце 636 г. вторично пал Дамаск, а немного позже — Иерусалим. После этого арабы на некоторое время повернули свой взор на державу Сасанидов, которая была ими довольно быстро разгромлена. На этом фоне Ираклий попытался ввести новые религиозные нормы, которые были призваны примирить враждующие группировки христиан — был выпущен так называемый «Экфесис», декларирующий новую догму — два начала Христа, божественное и человеческое, объединенные одной волей — такое учение получило название монофелитства. Однако из этой затеи мало что вышло кроме того, что отношения с папским престолом ухудшились, хотя и до того нельзя было назвать их идеальными.

Против императора, который стал отличаться в пожилом возрасте подозрительностью и деспотизмом, стали возникать один за другим заговоры. В это время города и крепости Сирии и Месопотамии падали одна за другой: сдалась Антиохия, долгое время сопротивлялись Телла и Дара, но и они пали в конце концов. Был осажден последний город Палестины — Кесария, но она сдалась арабам уже после смерти Ираклия. В 639 г. арабы вторглись в Египет — в результате в течение года один из важнейших регионов империи был захвачен. Население подвергалось резне, арабская конница вытаптывали сады и поля.

После смерти Папы Римского Гонория Первого, пользуясь тем, что его преемник Северин ещё не был утвержден императором, Ираклий приказал  похитить папскую казну. И без того не самые радужные отношения Рима и Константинополя практически достигли дна. Преемник Северина Иоанн Шестой занял впоследствии антивизантийскую позицию, осудив монофелитство. В феврале 641 г. Ираклий умер от водянки, оставив государство входящим в историческое пике.

Кризис,постигший Византию в последние годы правления Ираклия усугубился династическими передрягами. Ираклион, сын Ираклия был свергнут, ему отрезали нос, другого сына, Давида,оскопили, от чего он вскоре умер. Вдове императора Мартине отрезали язык, все семейство покойного правителя сослали на остров Родос. За время этой дворцовой склоки, занявшее всего полгода, арабы ещё более упрочили свои позиции на Востоке. На правление императора Константа Второго выпала одна из самых бедственных и тяжелых эпох в истории империи. В конце сентября 642 г. августал и византийская аристократия эвакуировались из Александрии, а через неделю туда вступили арабские войска. В Италии хартуларий Маврикий, некогда по приказу Ираклия ограбивший Ватикан, восстал против византийских властей. В ноябре 644 г. раб-перс по имени Фируз зарезал в мечети халифа Омара, а его преемник Осман оставил в Александрии лишь тысячу воинов. Летом 645 г. византийцы на трёх сотнях кораблей причалили к берегам Египта, из города был выбит арабский гарнизон, причем ромеи занялись в городе таким грабежом, словно это была не недавно потерянная провинция, а вражеская земля. Немного позже Осман послал в Александрию войско под командованием полководца Амра, византийцы были разбиты и ретировались в столицу. Стены Александрии были снесены. Так завершилась последняя попытка ромеев вернуть Египет.

В 648 г. раздался очередной тревожный звонок, когда арабы впервые вторглись на территорию Карфагенского экзархата. Ушли они оттуда только лишь после выплаты им крупной суммы золотом, но когда константинопольский двор потребовал столько же, экзархат прекратил любые отношения с центром. В это же время произошел поход арабов на Армению и Каппадокию, а также дань мусульманам был вынужден выплачивать Кипр. 

В 648 г. была сделана попытка очередного примирения в церковных вопросах, был издан так называемый «Типос», эдикт, запрещавший всякие дискуссии на тему «естества» и «энергий» (действий). Однако Папа Римский Мартин Первый созвал свой собор, осудил монофелитство и планка отношений между Римом и Константинополем снова упала ниже дна.

С 649 г. гегемония византийцев на море стала подтачиваться арабами, у которых появился свой флот, построенный вельможей Муавией, будущим халифом. В тот же год арабы атаковали Кипр, а уже два года спустя начались нападения на Исаврию. В 652 г. часть Армении отделилась от Византия, решив перейти под власть халифата. Констант попытался наладить отношения, нанеся визит в Армению, но по возвращении в Константинополь произошли не менее удручающие события — в 654 г. арабы захватили Родос, совершили набеги на Кос и Крит. Констант попытался разбить арабов на море, но был разгромлен и еле спасся с тонущего флагмана.

Экспансия на некоторое время была приостановлена междоусобицей в самом халифате. В результате византийцы получили долгожданную передышку и Констант совершил поход против славян, расселившихся в Македонии, а также победил славянские племена в районе Истмийского перешейка. Через год удалось заключить мир с арабами, которые ушли из Карфагенского экзархата и с Родоса, а за захваченные Сирию, Палестину, Египет и часть Армении обязались выплатить деньги. В 663 г Констант отплыл в Италию, посетив по пути Салоники, Афины и Тарент. В июле того же года он отбил у герцога Беневента Неаполь и прибыл в Рим. Оттуда вывезли огромное количество произведений искусства, далее он отправился в Сиракузы и даже одно время пытался перенести столицу империи в этот древний город, но в 668 году был вероломно убит во время купания. После попытки захвата власти узурпатором Мизизием императором стал сын Константа Константин Четвертый, вошедший в историю как Константин Погонат («бородатый»). Арабская экспансия возобновилась с новой силой. В 670 г. арабская конница подошла к Халкидону, а флот к Золотому Рогу, но взять Константинополь не удалось. Тем не менее арабы смогли закрепиться на полуострове Кизик, а в 672 взять Смирну. Однако попытки взять Константинополь потерпели неудачу, причем арабы впервые в 678 г. были разгромлены ромеями — свое дело сделал «греческий огонь», особая огнесмесь, изобретенная греком из Сирии Каллиникосом, настоящее оружие массового поражения Средневековья. В сражении у Кизика в тот же год большая часть флота арабов была сожжена, остатки потопил шторм, а войска, отступавшие по суши, были добиты византийцами. На востоке был заключен мир, а на на западе была сделана попытка выступить против болгар под командованием хана Аспаруха, однако из-за болезни императора, отбывшего лечиться на минеральные источники, ромеи потерпели поражение. Конфликт завершился фактическим признанием византийцами Первого Болгарского царства. 

В вопросах религии в 680 году прошел так называемый «Трулльский собор», на котором было осуждено монофелитство. Также было решено разрешить римским папам избираться без разрешения константинопольского императора, однако при этом прерогатива утверждения главы престола Св. Петра была закреплена за экзархом Равенны.

Смутное время продолжилось и с приходом к власти последнего правившего Византией представителя династии Ираклия Юстиниана Второго.Несмотря на определенные дарования этого человека, таковые все же никак не доставали до уровня его великого тезки. Также на его личность влияла патологические подозрительность и жестокость. Сразу же по приходу к власти он начал войну с арабами. В результате последние увеличили дань, которую выплачивала Византия, а из Ливана были выведены марониты-христиане, расселенные в Памфилии в Малой Азии и на Пелопоннесе, в то время войско, набранное из них, было отправлено охранять Армению. В 688 г. был совершен поход против болгар, часть пленных была расселена в пределах империи,а фреску, посвященную этому событию, и сейчас можно видеть в храме Дмитрия Солунского в Салониках. Годом позже было осуществлено переселение киприотов с острова, который находился под угрозой захвата арабами, на берега Мраморного моря, при этом немало людей погибло от болезней и других невзгод в пути. К этим же временам относится и введение системы акритов — воинов, селившихся в приграничных районах империи, которых власти снабжали не только деньгами, но и земельными наделами, которые акриты были обязаны как возделывать, так и защищать. В результате со временем акритское войско стало весьма мощной силой.

Некоторые историки именно к этому времени относят и формирование крестово-купольного стиля архитектура, окончательно потеснившего различные типы базилик, выступавших до этого в качестве основного типа храмовой архитектуры. Да и в целом при этом императоре велось довольно активное строительство. Также и слово «фема» для обозначения провинций Византии стало использоваться при Юстиниане Втором, хотя фемное административное деление по существу начало выкристаллизовываться ещё при Ираклии.

В 692 г. император нарушил мир с арабами, но битва при Севастополисе в Киликии завершилась поражением ромеев в результате подкупа арабами славянских вождей, которые просто в решающий момент перешли на сторону противника. Как итог Юстиниан Второй приказал казнить семьи не только изменников, но и тех, кто сохранил ему верность. В свете этих событий годом позже арабы усилили давление на Карфагенский экзархат, а в Армении начался известный антивизантийский мятеж Смбата Багратуни.

В 695 г. разразился бунт, который возглавил известный полководец Леонтий. Император был низложен и сослан в Херсонес Таврический, предварительно Леонтий распорядился отрезать Юстиниану нос, из-за чего в историю этот правитель вошёл как Ринотмет или Ринокопименос — безносый, с отрезанным носом.

В Херсонесе были не особо рады подобному узнику и в конце концов в ответ на просьбы жителей города из Константинополя прибыли двое чиновников, чтобы доставить Юстиниана в столицу. Низложенный василевс прекрасно понимал, что в Константинополе никаких радужных перспектив у него не вырисовывается и, заманив посланцев к себе домой, удавил их по одному и бежал в Таматарху (совр.Тамань) под защиту хазарского кагана. С каганом он сдружился столь крепко, что тот даже выдал за него свою сестру, которая в крещении приняла имя Феодоры. Однако через некоторое время каган стал опасаться растущего влияния зятя и стал подумывать об отправке его в Константинополь. Прознавшая об этом Феодора предупредила мужа и вместе они бежали к болгарскому хану Тервелю. Через некоторое время в 705 г. после десятилетнего перерыва при поддержке болгар император вернул себе константинопольский престол, во время повторной коронации приказав бросить себе под ноги Леонтия и Апсимара, который под именем Тиверия Третьего некоторое время правил после Леонтия. Рассказывают, что когда император плыл к Константинополю, на море разразилась буря и один из спутников Юстиниана начал увещевать его дать обет пощадить своих политических противников, чтобы спастись, на что получил ответ: «если я пощажу хоть кого-то из них, потопи меня Бог в этом море!» 

Второй период правления Юстиниана Второго тем не менее был куда менее успешен чем первый — в 707 г. пала часть городов в Каппадокии под ударами арабов, два года спустя они смогли разорить даже часть Фракии, а ещё годом позже император потерпел тяжёлое поражение от болгар. Также ошибочными были и действия императора на Западе, где в результате репрессий и последовавшего восстания в Равенне продолжало нарастать отчуждение западных провинций от центра. В 711 г. разразилось восстание Филиппика-Вардана, и в декабре император был отстранен от власти и казнён. Во второй период правления Юстиниана Второго были потеряны последние территории Византии в Африке — при том, что ещё в 697-698 гг. Карфаген навсегда был потерян для империи и подпал под власть арабов.

Вывести страну из кризиса не смогли ни Филиппик-Вардан, ни сменивший его Анастасий Второй — им не удалось ни остановить болгар, ни обезопасить восточные рубежи империи. Чуть лучше проявил себя Феодосий Третий, которому удалось не только помириться с болгарами,но и заключить довольно выгодное торговое соглашение. Однако кризис, в который Византия вошла в середине предыдущего века, продолжался. В 717 г. к власти приходит знатный человек Лев, которому было суждено основать новую династию — Исаврийскую или Сирийскую. Стоит отметить, что фактор восточного происхождения этого императорского рода определенно повлияет на политику, в особенности в области дел религиозных. Нового императора его приход к власти застал в период оборонительной войны на восточных рубежах и самым серьезным вызовом была непрекращающаяся арабская экспансия. 15 августа 717 года началась новая осада Константинополя с суши и с моря. Флот арабов насчитывал около 1800 кораблей, но уже в первом столкновении во время вылазки, приняв командование византийским флотом, император смог одержать победу. Взять город с ходу не удалось, а в условиях наступившей зимы и постоянной партизанской войны со стороны ромеев, перерезавших коммуникации арабов, в армии последних начался голод. Уже весной 718 г. было разгромлено подходившее подкрепление, также сухопутным войскам, которые шли через Малую Азию, налетами византийской кавалерии был нанесен огромный урон и на подходах к Никее эти отряды были вынуждены повернуть вспять. В лагере арабского полководца Масламы началась эпидемия чумы, осаду сняли ровно через год после ее начала — 15 августа 718 г. Ромеи сожгли также отступающий арабский флот, а буря добила то, что уцелело. То, что готовилось как самый триумфальный поход арабов, завершилось не только их поражением, но и началом перелома арабо-византийских войн в пользу ромеев — из 180 тысяч воинов домой вернулись меньше четверти, а из двух с половиной тысяч судов на плаву осталось только пять. Следующая такая же по масштабам экспедиция осуществилась только в 739 г., но силы арабов были наголову разгромлены византийцами под командованием Льва Третьего Исавра и его сына Константина, будущего императора Константина Пятого.

Эта победа стала столь же знаковой как и победа франков под командованием Карла Мартелла при Пуатье. Экспансия арабов в Европу была остановлена. Именно после битвы в Дамаске начались смуты, приведшие к падению династии Омейядов, а Византия начала переход в контрнаступление, медленно отвоевывая утерянные земли в Малой Азии и на северо-западе Сирии.

Продолжились и административные реформы: в частности, в Малой Азии была образована Фракисийская фема со столицей в Эфесе, а в Европе — фемы Фракия и Македония. Отчасти очень похожее административное разделение этих двух регионов сохранилось и в современной Греции. Примерно в 726-730 гг. была выпущена т.н. «Эклога», фактически новая кодификация права. Некоторые элементы новелл Юстиниана были изменены, некоторые законы заметно смягчились. Часть положений «Эклоги» вошла впоследствии в судебники Европы и Киевской Руси.

Одним из главных событий в истории Византии того времени стало возникновение иконоборчества. Отчасти сами представители Исаврийской династии инспирировали появление этой детали византийской религиозной политики. О причинах историки по сию пору спорят — хотя почитание икон доходило в тот период до смешного. Так, некоторые особо ретивые иконопочитатели употребляли частицы икон для запекания в просфоры, а краску соскабливали для добавления в вино для причастия. Ясно что на поверхности лежит желание уменьшить влияние церкви и сделать византийское государство более светским, а также и отторгнуть часть собственности церкви. Ещё одной целью, по мнению историков, было приближение христианского обряда к обрядам мусульман и иудеев, в которых не приняты изображения живых существ. По мнению Льва и Константина, происходивших с востока, это могло помочь интегрировать иноверцев в византийское общество. Так или иначе в 726 г. последовал приказ повесить иконы в церквях повыше, дабы иконопочители не соскабливали краску с них, в 728 некоторые картины на религиозные сюжеты были замазаны, а в январе 730 г. во дворце состоялся силенциум — конфиденциальное совещание иерархов церкви и придворных, на котором иконопочитание было объявлено грехом. Вместо ликов святых, ангелов, Божьей Матери и Иисуса Христа на стенах храмов появились орнаменты, пейзажи, изображения различных животных и птиц, одновременно стала развиваться светская живопись.

Эти действия встретили самое жесткое сопротивление — практически все враги императора стали под знамена иконоборцев. В 726 г .началось восстание в материковой Греции и на островах Эгейского моря, причем дошло до того, что некоего Косму объявили императором. На рейде Константинополя флот мятежников был разбит, а лидер повстанцев был схвачен и казнён. На следующий год произошло большое восстание в Равенне. Одним из триггеров противостояния иконокластов (иконоборцев) и иконодулов (иконопочитателей) стал эпизод в районе столицы Халкопратии, где чиновник, отправленный уничтожить установленное там скульптурное изображение Христа, был разорван толпой. Развитие нового течения в религиозной жизни привело также и к новым разногласиям между Римом и Константинополем:папы Григорий Второй и Григорий Третий единодушно осудили иконоборчество, в частности, на Латеранском соборе в ноябре 731 г. После этого флот императора появился у берегов Италии. Привилегии владений папы на части полуострова были ликвидированы, налоги с этих земель стали поступать в византийскую казну. Римские епархии в Греции, Далмации, Калабрии и на Сицилии эдиктом василевса оказались переведены под юрисдикцию константинопольского патриарха. Впоследствии церковная история рисовала облик Льва Третьего самыми темными красками, но стоит отметить, что это была история, которую писали победители. Гонения на иконопочитателей при этом императоре были незначительны, да и те сводятся в основном к карам за убийство императорского чиновника в Халкопратии.

Незадолго до смерти в 741 г. после сильного землетрясения Лев велел починить поврежденные Феодосиевы стены Константинополя за счёт введения чрезвычайного налога — и впоследствии эта подать, так называемый дикератион, сохранилась. Ремонт же стен стал обеспечиваться казной, а не городскими магистратами, как повелось ещё со времён Древнего Рима.

Начинается переселение местных христиан вглубь Малой Азии, в особенности на земли, которые пострадали от эпидемии чумы 744-748 гг. В тот же период ремесленники,строители и иные мастера из Греции прибыли в Константинополь, чтобы пополнить его население, а опустевшие регионы были пополнены за счет славян, которые интенсивно расселялись по территории Греции.

Халиф Аль-Мансур, опасаясь возросшего могущества старого противника, перенес столицу из Дамаска в Багдад, а в 760-х гг. Исаврия снова подпала под власть империи. В 770 г. была жестко пресечена агрессия арабов против малоазийских регионов страны. С 755 по 775 г. состоялось целых девять походов на Болгарию и несмотря на то, что не всегда в этих кампаниях у византийцев все складывалось гладко, враг на западе был ослаблен надолго.

Религиозные страсти несколько поутихли в период правления сына Константина от хазарской принцессы Ирины, получившего в истории прозвище Лев Четвертый Хазар. Иконоборчество хоть и оставалось базой византийской политики в области веры, но активные гонения на иконодулов прекратились, а монахам, депортированным во времена Константина Пятого, было позволено вернуться обратно. Это время характеризовалось миром с болгарами, причем за счёт помощи византийцев болгарскому хану Телеригу, вынужденному бежать из своих земель и рядом побед над арабами, подержанными стратигом Фракисийской фемы Михаилом Лаханодраконом.

Почувствовав смягчение общей ситуации, иконопочитатели начали возвращаться в общественную жизнь, тем более что супруга Льва императрица Ирина, позже признанная одной из праведных правительниц Византии церковью, открыто им благоволила. Дело вылилось в заговор, который был раскрыт, его главные участники — сосланы, а супруга — удалена из дворца.

Несмотря на то, что после скоропостижной смерти Льва Четвертого его сын Константин Шестой стал императором, очень много власти оказалось сосредоточено в руках императрицы Ирины. Около 783 г. после успешной борьбы против болгар евнух Ставракий, один из самых верных людей императрицы, в знак победы перестроил древний македонский город Верию и переименовал его в Иринуполи (согласно другой версии такой город был основан неподалеку от Верии примерно там, где сейчас находится поселение с таким же названием).

В это же время начиная с 784 г. Ирина начала готовить восстановление иконопочитания и собор, призванный осуществить это устремление, решили созвать в 786 г., однако солдаты из подразделений, собранных ещё Константином Пятым, разогнали собор. На следующий год из Никеи были выведены войска якобы для похода на восток. В результате семьи воинов были взяты в заложники,а сами воины вместо похода на арабов были разоружены. Первое заседание вселенского собора состоялось в сентябре 787 г. Было восстановлено иконопочитание, Папа Римский также требовал и возвращения бывших земель Ватикана в Апулии и Калабрии, но в этом ему было отказано. При этом через восемь лет  на соборе во Франкфурте западные иерархи отказались от постановлений, принятых в 754 и 787 гг., ссылаясь на неверное толкование переводов с греческого на латынь, но по факту это было сделано под давлением Карла Великого, который сам претендовал на главенство в вопросах веры на Западе. Попытка Ирины отстранить от власти сына Константина Шестого привела к бунту против самой Ирины, которой на целых семь лет пришлось уйти с политической арены — что, впрочем, не означало того, что она сдалась на волю судьбы.

В сущности, ещё в феврале 790 г. Константин Шестой сделал попытку отстранить от власти евнуха Ставракия, который обладал огромным влиянием, но ничего осуществить ему не удалось,а разъяренная мать жестоко избила сына и отдала его под стражу. Тем не менее, летом того же года Ирина была отстранена от власти, но год спустя император вернул мать во дворец, чем совершил фатальную ошибку — умная и коварная женщина сразу же начала строить сыну козни. Ей удалось натравить Константина Шестого на одного из лидеров переворота против Ирины — стратига фемы Армениак Алексея Мусулема, с которым император жестоко обошелся и в ответ получил восстание в феме, которое было подавлено. 

Войны с врагами в тот период были неудачными, тем более что в Болгарии в этот момент у власти находился талантливый хан Кардам, а в Багдаде правил легендарный халиф Гарун-аль-Рашид. Летом 791 или 792 г. византийцы были разбиты болгарами в сражении при Маркеллах, причем в битве пал выдающийся полководец Михаил Лаханодракон и прорицатель Прокопий, предсказавший перед этим ромеям победу. 

Около 795 г. Ирина, интригуя против сына, заставила его развестись с женой, которую сама же ему и навязала — армянкой Марией из простого рода, и женила его на своей фрейлине, некой Феодоте, с которой у императора уже завязался бурный роман. Церковь отказалась благословить новый брак и свадьба была сыграна без ее согласия, что вызвало самую негативную реакцию духовенства и народа. К этому добавлялось и то, что император, хоть и был иконопочитателем, но не торопился осыпать церковь различными благами и льготами. Дошло до того, что игумен Саккудийского монастыря Платон на приеме во дворце начал поносить императора во всеуслышание, на что получил лишь замечание, что Константин «не желает делать мучеников». Императрица открыто интриговала против правителя, но он продолжал держать ее около себя — так, в 796 он отправился вместе с матерью и двором в Прусу (совр. Бурса) лечиться на термальных водах. В 796 г. провалился поход на арабов из-за измены преданных Ирине военачальников, но козлом отпущения стал Константин, возглавивший экспедицию. В конце концов год спустя он был низложен и ослеплен по личному приказу матери. Тем не менее Ирине власть оказалась явно не по плечу — казна была истощена огромными подарками церкви, тем более что налоги были снижены и поступления в бюджет и так были минимальна. В Греции поднялось восстание славян, подавить которое удалось с огромным трудом. А на Рождество 25 декабря 800 г. по могуществу Византии был нанесен мощнейший геополитический удар — в Риме был коронован императором Карл Великий, что навсегда пресекло монополию державы ромеев на римское наследство. Стоит напомнить, что в немалой мере это произошло и благодаря откровенным дипломатическим промахам Ирины. Императора Запада в Константинополе не признали, но от слова «халва» во рту слаще не стало.

При этом в 802 г. запад снова пошел на выгодное для Византии предложение — Карл отправил к Ирине сватов с тем, чтобы воссоединить Запад и Восток Римской Империи в единое целое, но евнух Аэций, один из фаворитов императрицы, резко отверг предложение «варвара», мечтая возвести на трон своего неоскопленного брата. Пока партии Ирины и Аэция интриговали друг против друга, логофет двора Никифор организовал переворот, Ирина была свергнута и последняя возможность объединить Восточную и Западную империи канула в историческое небытие.

По сию пору в православной церкви Ирину оценивают как одну из «благочестивых цариц», историки считают, что ее правление фактически свело на нет достижения времён Льва Исавра и Константина Копронима.

Никифор, вошедший в историю под прозвищем Никифор Первый Геник, был человеком талантливым, но вызовы, с которыми столкнулся он в особенности после абсолютного политического фиаско времён Ирины, были столь серьезными, что справиться с ними было нелегко. В 803 г. удалось заключить соглашение с Карлом Великим с признанием его прав на Рим и Северную Италию и Среднюю Истрию в обмен на признание прав Византии на Южную Италию, Венецию и побережье Далмации. Началось переселение цивилизованного населения Малой Азии в фемы Диррахий (совр. Дуррес), Фессалоника (Македония, Фракия и Фессалия) и Пелопоннес с целью эллинизации славян, осевших в Греции, но все ещё не особенно приобщенных к цивилизации.

Были уменьшены льготы монастырям и церквям. Также частным лицам было запрещено заниматься ростовщичеством, а кредиты стало выдавать государство. В сельских общинах был введен аллиленгий — круговая порука, выразившаяся в том, что плату за неспособных к уплате членов общины, вносили остальные вскладчину.

Все более совершенствовалась акритская система, военная служба все более увязывалась с землевладением. Подобная же мера была введена во флоте — навклиры, хозяева кораблей, приобретали по низкой цене земли с условием обязательной морской службы. Крестьяне, которые по бедности не могли выставить воина от семьи, получили возможность выставлять воина во всеоружии вскладчину.

В 806 г.империя получила два удара — трехсоттысячное арабское войско вторглось в Малую Азию и дошло до Гераклеи Понтийской, нанеся огромные разрушения, и тогда же под протекторат франков перешел дука (дож) Венеции Обелерий. Уже в 807 г. арабы, опустошив Кипр и Родос, начали набеги на Сицилию, болгарский хан Крум присоединил к своим владениям важный византийский город Сердику (совр.София). Тем не менее Никифор не сдавался в своих реформаторских действиях и за свой не самый длинный срок правления смог сделать немало. Продолжалась линия ослабления влияния церкви, хоть император был иконопочитателем. Так на поместном соборе в 809 г. был осуждён и отправлен в ссылку один ярых представителей иконопочитателей Феодор Студит, фактически «рупор» оппозиционной аристократии и монашества. Также были введены прибавки к налогам, которые взимались с землевладельческой аристократии, и подверглись налогообложению и доселе неприкосновенные византийские монастыри.

Несмотря на ропот недовольства, открытых выступлений против императора не последовало, но успехи правления вскружили василевсу голову. Первый поход против болгар в 809 г .потерпел неудачу из-за плохой подготовки и измены одного из полководцев. Через два года Никифор начинает новую кампанию, целью которой было полное уничтожение болгарского государства. Первоначально поход развивался успешно, столица болгар Плиска была взята, Крум запросил мира, но Никифор потребовал полного подчинения. Тогда болгары во главе с Крумом, который был человеком даровитым и как полководец, и как политик, заманили ромеев в Вырбишское ущелье, где 26 июля 811 г. византийская армия была полностью окружена и уничтожена. Погиб Никифор и все командование кроме сына императора Ставракия, вынесенного с поля боя со стрелой в спине. Первоначально голову византийского василевса насадили на пику и носили как штандарт во главе войска, а позже Крум приказал оковать череп серебром и сделать из него чашу, из которой он пил на пирах. Ставракий стал императором на несколько месяцев, при этом патриарх Никифор попытался заставить тяжело раненого императора вернуть церкви все льготы и привилегии, урезанные при Никифоре, но получил отказ. Через несколько месяцев власть захватил его родственник куропалат Михаил Рангаве. По сообщению историка Феофана из-за популистских действий нового правителя накопленные при Никифоре в казне средства исчезли в считанные месяцы. Крум предложил мир, но Михаил Первый отказался, и тогда болгары двинули свои силы на Месемврию (совр. Несебр), которая пала за счет эффективного применения болгарами осадных орудий. В феврале 813 г. Месемврию удалось отбить, но уже 22 июня того же года византийцы были разбиты неподалеку от Адрианополя (совр. Эдирне) и василевсу пришлось бежать в столицу. Уронив в результате таких действий свой авторитет, император отрекся от престола в пользу стратига фемы Анатолик Льва Армянина. Михаил ушел в монастырь, где ему довелось пережить трёх своих преемников и уйти из жизни в 844 г., а церковь, отстроенная одним из его многочисленных родственников и по сию пору находится у подножия Афинского Акрополя.

Новый император был коронован 11 июля 813 года, а через шесть дней болгары обложили Константинополь. Однако осадные орудия, построенные ромеем-перебежчиком и сломившие фортификации Месемврии, перед могучими крепостными сооружениями столицы Византии оказались бессильны. Крума попытались выманить на дипломатическую встречу, устроив по пути засаду, но верный конь спас его. На обратном пути, мстя за коварство, Крум сжёг Адрианополь. Вскоре после смерти Крума император заключил мир с его преемником. Мир воцарился также и на востоке — халифат вошёл в полосу внутренних проблем и междоусобиц и на этом фоне удалось восстановить ряд разрушенных крепостей и городов Фракии и Македонии, в этот же период была построена и морская стена Константинополя, пополнив ряд фортификаций столицы.

В это же время постепенно начинается реставрация иконоборчества, которое тайно поддерживал император. В 814 г. на тот момент ещё никому не известному клирику Иоанну Грамматику было поручено написать резюме по вопросу об иконах и, хотя заподозривший неладное патриарх Никифор попытался вмешаться, Иоанн смог хитро найти отговорки насчет решения «некоего спорного вопроса», а через небольшой промежуток времени он обнародовал вывод своих исследований: почитание икон порочно. Вернувшийся из ссылки Феодор Студит резко осудил вмешательство церкви в дела религиозные, но ответ императора был следующий: «Смелый монах заслуживает казни за сказанное, но этой чести ему пока предоставлено не будет». В результате в следующем году патриарха Никифора сменил более лояльный Феодот Мелиссин Касситера, а догмат иконоборчества был вновь утвержден — правда, с поправкой не считать иконы идолами, ибо «одно зло отличается от другого». Студита снова отправили в ссылку.

О смерти Льва Четвертого Армянина существует интересное предание. Император постоянно упрашивал различных толкователей разъяснить ему значение одной картинки в «Сивиллиных книгах», которые восходили ещё ко временам Рима периода древних царей. Там был изображен лев, которому некий воин наносил мечом смертельный удар через букву «χ». В конце концов нашелся некий прорицатель, предсказавший, что василевс будет убит на Рождество Христово. Лев прекрасно знал, что при дворе существует оппозиция, которую возглавлял стратиг Михаил Травл. Зимой 820 г. он допустил в адрес василевса дерзкие высказывания и Лев хотел отдать приказ о его казни, однако супруга буквально упросила его не совершать казни в канун Рождества. Это решение и стало для императора роковым — в канун Рождества сторонники Травла проникли под видом певчих в дворцовую церковь, где император молился и, несмотря на его отчаянное сопротивление, изрубили его на куски.

В период правления нового императора была сделана очередная попытка примирить иконоборцев и иконопочитателей — по условном сохранении иконоборческой линии в политике оставить положение status quo. Что, в свою очередь, не дало существенных результатов.

Не менее важным, хоть и куда менее долгоиграющим по последствиям стало восстание Фомы Славянина, которое стало одним из крупнейших мятежей, потрясших империю за всю ее историю. Фома, родом славянин, ещё при Ирине начал военную карьеру, а в 803 г. бежал к арабам, соблазнив жену своего начальника и опасаясь наказания. Около 820 г. он сформировал несколько отрядов при помощи арабов и начал грабить восточные районы Византии. Вскоре он вынудил антиохийского патриарха короновать его как императора, а к 821 г. почти весь Восток Византии кроме фем Опсикий и Армениак были под контролем повстанцев. После поражения, которое Фома потерпел в Опсикии, он высадился во Фракии, а в декабре осадил Константинополь. Поперек бухты Золотой Рог была натянута цепь, но повстанческий флот сломал ее. Тем не менее ни церковь, несмотря на иконопочитание Фомы, ни аристократия, ни греческое население не поддержали узурпатора. Знаковым стало выражение Феодора Студита на эту тему: «Теперь не время вспоминать прошлые споры — это приносит смуту. Теперь настало время единомыслия». Войско Фомы разбредалось по домам, а болгарский хан Омуртаг, с которым договорился Михаил Первый, нанесло повстанцам сильный удар с тыла. Вскоре императорским силам удалось отбросить мятежников от стен столицы, Фома отступил в Аркадиополь, который пал в результате пятимесячной осады. Фома был выдан властям и зверски казнен.

Гражданская война ослабила страну и арабы не преминули воспользоваться этим — с 823 г. начались постоянные набеги на острова Эгейского моря, а с 829 г. Крит окончательно подпал под власть захватчиков и на сто сорок лет превратился в базу морских разбойников, совершавших оттуда набеги на все Средиземноморье.

В 827 г. стартовало многолетнее соперничество между ромеями и арабами за Сицилию. Это произошло, когда некий друнгарий сицилийского флота принудил к браку с собой одну монахиню. Родственники оскорбленной обратились к властям с требованием наказать обидчика, но тот бежал к арабам и начал склонять карфагенского эмира напасть на Сицилию, обещая всемерную поддержку в обмен на признание его императором. Процесс покорения Сицилии арабами стартовал.

Попытка распространить византийское влияние на хазар особого успеха не достигло — каган не разрешил в столице Хазарии Саркеле построить даже христианскую церковь. Тогда в Херсонесе Таврическом был упразднен архонтат и была сформирована новая фема Климатов. Этот шаг привел к тому, что влияние Византии в Причерноморье и Крыму ощутимо возросло.

К этим временам относится и перестройка всего дворцового комплекса в Константинополе. Новый императорский дворец был возведен из старых построек эпохи Юстиниана и старого дворца Дафна. При сооружении были применены все ноу-хау строительной техники того времени. За счёт акустических эффектов даже шепот гулко разносился по залам дворца. Митрополит Фессалоники Лев Математик соорудил для палат статуи львов, извергающих потоки воды, машущих крыльями павлинов и золотой платан с фигурами поющих птиц, который был помещен в тронном зале. Ещё он создал особый световой телеграф, посредством которого по линии маяков от далёкой киликийской границы до столицы и наоборот сообщения доходили за считанные часы. В тот же период в Византии появился минускул — миниатюрный книжный шрифт, сменивший унциал, благодаря чему книги подешевели и стали более доступными. Иконоборчество оставалось официальной линией внутренней политики государства и Феофил преследовал иконопочитателей и монашество. Был издан указ о выводе части монастырей из городов. Однако, сам того не желая, он поспособствовал их росту — монастыри в сельской местности процветали и превращались в крупнейших землевладельцев.

Весной 837 г. византийцы напали на арабский халифат, причем их действия отличались исключительной жестокостью. Однако 22 июля того же года часть стотысячной армии Феофила была разбита в Каппадокии, а сам император едва избежал гибели или плена. Халиф Аль-Мутасим отверг мирные предложения и двинул войска на Аморий — родной город династии, из которой происходил Феофил. Слово «Аморий» было приказано высечь на щитах в знак решимости захватить его. Город пал лишь 13 августа 838 г. с огромными потерями для обеих сторон, но это событие имело особое значение ещё и потому, что Аморий являлся оплотом фемной иконоборческой знати, и его падение лишило иконоборчество одного из крупнейших центров.

На западе арабское завоевание достигло Италии — в 840 г. пал Тарент, был осажден Бари, а попытки византийцев найти поддержку как у западных владык, так и у эмира Кордовы, который был на ножах с эмиром Карфагена, не имели успеха.

Первые дипломатические контакты Византии с «руссами» — народом, населяющим пространство будущей Киевской Руси также состоялись во время правления Феофила в 838 г.

Вдова Феофила Феодора после смерти мужа начала готовить восстановление иконопочитания. Одним из первых попал под каток репрессий Лев Математик, лишившийся митрополичьего престола в Фессалоники. А 4 марта 843 г. начался Седьмой Вселенский собор в Константинополе, сцены которого и по сию пору являются каноническими для изображения на стенах православных церквей. Иоанн Грамматик был лишен патриаршества, а его место занял хитрый авантюрист Мефодий. 11 марта было объявлено о торжестве иконопочитания и это событие было увековечено в празднике известном как «Торжество православия», который и по сию пору отмечается во второе воскресенье после православной Пасхи. За это же Феодора, к которой, как и к любому правителю возникает немало вопросов относительно ее святости, была причислена к лику святых, ее мощи находятся в церкви на Керкире, перенесенные туда аристократом Георгиосом Калохеретисом из занятого османами Константинополя в 1456 г. вместе с мощами Св. Спиридона, вывезенными с Кипра в столицу ещё при Юстиниане Втором около 691 г.

На этом же фоне Византия проиграла очередную войну с арабами и в 844 г. был заключен невыгодный мир. В 850-852 гг. империи снова пришлось отбиваться от болгарского хана Бориса. Однако в 852 г. византийская армия впервые за 200 с лишним лет появилась в дельте Нила — воспользовавшись слабостью халифа Мутаваккиля ромеи совершили рейд и разорили часть этого региона Египта.

В конце концов Феодору свергли в 856 г., и перед тем как покинуть трон она отчиталась о состоянии казны: выяснилось, что в ней были собраны колоссальные средства. Однако сын Ирины и Феофила Михаил Третий Мефисос (пьяница) довольно быстро умудрился промотать то, что было собрано. Император не зря удостоился своего прозвища — он тратил время и средства исключительно на кутежи, пьянки и розыгрыши, не обращая должного внимания на государственные дела.

В 856 г. был нанесен удар по павликианам Тефрики, но в ответ последние совершили набег на Византию год спустя при поддержке арабов. В 860 г. лично Михаил возглавил поход против павликиан, но на полпути был вынужден вернуться в Константинополь, так как именно в этом году русы совершили первый поход против византийской столицы. После отражения нападения русов император снова отправился на восток, но был разбит и чуть не попал в плен. Однако в августе 863 г. в Армении войско павликиан и арабов было разгромлено полководцем Петроной,  погиб как вождь павликиан Карвей, так и эмир Мелитины Омар ибн Абдаллах.

На западе в это же время происходили немалые потрясения — не заканчивалась, происходившая с 859 — 864 гг. очередная война с царем Борисом, будущим крестителем Болгарии, на Сицилии Византия утратила в 859 г. крепость Кастроджованни, а греческий флот у берегов острова был потоплен врагом.

К тому же времени относится и нашумевшая «схизма Фотия». Церковная элита ненавидела доместика схол Варду, дядю императора, крупного вельможу, который отчасти заменял правителя, в отличие от него действуя активно и определяя политику страны. Изначально они начали интриговать с помощью патриарха Игнатия и это оказалось просто, так как Варда вел образ жизни весьма далёкий от христианских идеалов. В 857 г. Варда был не допущен Игнатием к причастию под предлогом сожительства Варды с вдовой его сына, что считалось тяжелейшим грехом. Реакция последовала незамедлительно — Игнатий был лишён сана, а на его место назначили светского чиновника Фотия, который за кратчайший срок прошел все ступени посвящения и занял кафедру. В результате византийское духовенство разделилось на сторонников старого и нового патриархов. Ситуация вылилась в международный скандал, так как Игнатий не сдавался, продолжая протестовать против несправедливого смещения. Пересмотра решения потребовал и Папа Римский Николай Первый, но собор в Константинополе, созванный в 861 г. оставил его в силе. Изначально император не реагировал на ситуацию, но впоследствии написал Папе Николаю письмо, где в крайне резкой форме заявил, что не признает примата римского епископа. А в 867 г. состоялся собор, на котором Николай Первый был предан анафеме как еретик, предлогом для чего стал вопрос о снисхождении Святого Духа. Произошел церковный раскол, т.н.»схизма Фотия», но новый патриарх вошёл в историю как одна из самых ярких фигур на константинопольском патриаршем престоле. По его инициативе и под его началом был создан «Мириобиблион» — сборник схолий, т.е. комментариев к произведениям 279 авторов, работы которых находились в императорской библиотеки, и, учитывая тот факт, что большая часть этих произведений погибла, то судить о них мы можем только по труду Фотия.

Во дворце Магнавра была возрождена византийская высшая школа — в тот период это был единственный университет Европы. Ректором учреждения стал Лев Математик. В университете изучались философия, медицина, богословие и юриспруденция. Именно по инициативе Варды культура превратилась в один из важнейших политических инструментов Византии — так, в 863 г. началась деятельность двух греков из Фессалоники Кирилла и Мефодия по разработке славянского алфавита.

В конце концов одному из противников Варды и новому фавориту Михаила Третьего Василию Македонянину удалось убедить императора убить своего дядю и это абсолютно неоправданное злодейство вызвало осуждение в народе. Через некоторое время Василий был назначен соправителем Михаила. Отношения между императорами стали быстро портиться и в конце концов однажды во время пира Михаил сбросил свои туфли, попросил одного из своих вельмож Василикина надеть их и пошутил, что Василикину они идут более, чем Василию. Не дожидаясь немилости соправителя, Василий возглавил заговор и 23 сентября 867 г. после обильного возлияния Михаил Третий был изрублен мечами в своей опочивальне.

Восхождение на престол Василия Македонянина ознаменовало старт новой династии — Македонской, которой было суждено снова на некоторое время привести империю ромеев на вершину величия. Первоначально император пошел на популистские меры — в частности, сместил патриарха Фотия, на его место вернул Игнатия, а опального патриарха отправил в ссылку. Впрочем, вскоре тот вернулся, Василий доверил ему воспитание своего сына Льва, а после смерти Игнатия Фотий вернулся на патриаршество.

Активно велась борьба с коррупцией, в частности у всех чиновников, пойманных на грязных делах, была отнята половина состояния. А также вышли две компиляции законодательных актов — «Прохирон» и «Исагоги».

Постепенно совершенствовался фемный строй — к примеру, получил расположение т.н. «харистикий», передача доходов от определенной местности тому или иному человеку или монастырю. Такая форма носила в себе некое подобие вассальных отношений, принятых в тот период в Западной Европе. Власть сильных, т.н. «динатов», крупных собственников росла, хотя силу и влияние сохраняло и сословие стратиотов-воинов, которое было основой фемного строя. Но, к примеру, для налогообложения разоряющегося крестьянства пришлось вводить круговую поруку, аллиленгий, к которому уже давно не приходилось прибегать. Борьба с арабами и павликианами на востоке шла с переменным успехом — вождь павликиан Хрисохирос в 868 г. захватил Эфес. Первый поход завершился поражением, Василий едва избежал плена благодаря помощи армянского воина Феофилакта Авастакта. В 872 г. последовало новое нападение павликиан, однако на сей раз ответный удар был успешен, Тефрика пала, а голову Хрисохироса прислали императору и тот использовал ее в качестве мишени. На следующий год ромеи двинулись на Мелитину, которую не удалось захватить, но были взяты Самосата, Заперта и другие крепости павликиан. Ещё годом позже Кипр был возвращен в состав империи.Черед Мелитины настал-таки в 876-877 гг. Еще один поход против Багдадского халифата состоялся в 882 г.

Довольно активная политика велась и на западе. В самом начале правления была снята арабская осада Рагузы (совр. Дубровник). В 872 г. в союзе с Людовиком Вторым был взят Бари в Италии с последующим переходом его под власть Византии через три года. Однако 21 мая 878 г. на Сицилии в немалой мере по причине халатности друнгария флота Адриана, который медлил с решительными действиями, пали Сиракузы — теперь Тавромений (Таормина) остался единственным оплотом ромеев на этом острове. В 882 г. арабский флот был разгромлен у берегов Греции, а флотоводец Назар совершил набег на итальянские и сицилийские владения.

В тот же период обострились отношения с Римом, в 880 г.в Константинополе были отменены постановления 8-го Вселенского собора, а в отместку Папа Иоанн Третий повторно анафематствовал Фотия. Тем не менее к концу правления Василия Папа Стефан Пятый буквально умолял ромеев помочь защитить Рим от участившихся набегов арабов. Появление в Италии в 885 г. блестящего полководца Никифора Фоки Старшего стабилизировало ситуацию. Незадолго до этого войска ромеев дошли до Тарса, однако из-за смены командования годом позже практически у стен Тарса византийцы были разгромлены. Ко времени Василия Македонянина относится сообщение о крещении русов, но скорее всего речь идёт об обращении в христианство части племен восточных славян.

Льву Мудрому, сменившего отца, выпала не самая лёгкая доля — до прихода к власти у своего собственного отца он пребывал в немилости и даже был заключён им в темницу в одном из помещений дворца Маргерите. О его избавлении из неволи сохранилось интересное предание. В дворце жил говорящий попугай, который во время пира призвал Льва, который в свое время и учил его говорить. Гости стали упрашивать императора или обрушить на опального сына кару, если он виновен, и вызволить, если «верх над ним берет язык доносчика». Василия тронули эти речи и Лев был выпущен из узилища. После смерти Василия он пришел к власти и оставил о себе добрую память — по сию пору многие улицы в греческих городах носят название Λέοντος Σοφού (Ле́онтос Софу́ — Льва Мудрого). Сам император был натурой творческой, лично писал различные литературные произведения, оракулы, анакреонтики, военные трактаты. Были проведены очередные нововведения в области законодательства, произошел регламент отношений между производителем и государством, создан новый свод законов — «Василики», также император стал автором более чем ста новелл, охватывающих самые разнообразные аспекты жизни от разрешения давать ссуды под проценты и до вопросов семьи и брака. Были ограничены аппетиты церкви. В ту же эпоху был заключён союз с армянским царем Семпадом и Киевской Русью. Благодаря действиям Никифора Фоки Старшего усилилось и стабилизировалось влияние Византии на Аппенинах.

Однако, на беду византийцев, в Болгарии началось правление царя Симеона, при котором Первое Болгарское царство достигло пика своего могущества. Симеон стремился создать свою собственную Византию, захватив Константинополь и сев на трон в качестве василевса. В 894 г. вследствие недовольства болгар торговой политики Византии началась война, которую историки считают первой торговой войной в средневековой Европе. Два года спустя ромеи потерпели сокрушительное поражение при Булгарофигоне и византийско-болгарская граница стала проходить в опасной близости от Фессалоники — второго по значимости города империи.

Одновременно на восточных рубежах византийцы терпели поражения от арабов. Неким диссонансом этих неудач стал успешный поход против них Никифора Фоки Старшего около 900 г. Однако в 902 г. на Сицилии пала Таормина, что ознаменовало полную потерю этого острова не только Византией, но и эллинизмом. В 904 г. ромеям удалось нанести арабам поражение, но другое войско во главе с греком-ренегатом Львом Триполитанским захватило Фессалоники и более 20 тысяч жителей второго по значению города империи были проданы на невольничьих рынках востока.

Одним из крупнейших скандалов того времени стал четвертый брак Льва Мудрого с знатной ромейкой Зоей Карвонопсиной. А так же в последние годы его правления  крупный армянский динат Млех-Млентц отвоевал у арабов немалую территорию и сформировал там новую фему Ли-Канд.

После непродолжительного правления брата Льва Мудрого Александра, который прославился в основном пьянством, развратом и неисправимо испорченными отношениями с Симеоном Великим у власти оказалась последняя любовь Льва Мудрого — Зоя Карвонопсина (угольноокая). Фактически изначально по инициативе патриарха Николая Мистика пытались привести к власти  чиновника Константина Дука, но выступление, инспирированное самим Мистиком, им же и было подавлено. После этого регентом при юном Константине Седьмом стала Зоя, но ее приход к власти сопровождался интересными обстоятельствами.

Византия (10-11 века)

В августе 913 г. Константинополь был осажден Симеоном, который был ещё в правление Александра оскорблен им. Николай Мистик отправился в лагерь врага и там короновал Симеона как «василевса Болгарии». Несмотря на то, что Симеон, получивший образование в Константинополе, близко не напоминал варвара в плохом смысле этого слова, подобный шаг с точки зрения византийского общества был неприемлемым и резко отвратил симпатии общества от патриарха. Тогда, в поисках поддержки, Николай Мистик принял решение вернуть во дворец Зою, сделав ее своей духовной дочерью, для пущей важности осуществив постриг ее в монахини. Однако она оказалась хитрее — перед постригом она поела мяса, сделав таким образом посвящение недействительным, но сохранив это в тайне до поры до времени. Довольно быстро ей удалось собрать вокруг себя группу верных людей и в феврале 914 г. она перешла в наступление — Николай Мистик был загнан в церковь, в которой отсиживался три недели и вышел только признав свое поражение и объявив монашество Зои недействительным.

Этими передрягами мгновенно воспользовался Симеон — в 915 г. он захватил Адрианополь. Византийцы попытались заключить мир с арабами на востоке и перебросить войска оттуда для разгрома болгар. Однако 20 августа 917 г. состоялось сражение при реке Ахелой, в котором византийцы потерпели полное поражение — историк Лев Диакон, посещая те места спустя 75 лет, рассказывал, что по сию пору там можно было видеть груды костей ромеев, погибших в этом сражении.

Одной из побед этого периода стал разгром крепости Гарильяно в Италии в союзе с папскими и  различными италийскими войсками. Этот анклав арабов довольно долго был настоящим разбойничьим гнездом на Аппенинах.

Роман Лакапин, который сверг Зою в 919 г. и постриг ее в монахини уже по-настоящему, был внуком воина Феофилакта Авастакта, спасшего некогда жизнь императору Василию Македонянину. Буквально сразу он оттеснил на задний план своего соправителя Константина Багрянородного. Соправительницей была объявлена также супруга Романа Феодора. Немного позже один за другим такой же статус получили три его сына, что привело к уникальной ситуации — в 924-931 гг. в Византии правили сразу пять законных императоров. Примирение было достигнуто в делах церкви — в 920 г. достигли соглашения сторонники покойного Евфимия и Николая Мистика. Запрещались пережитки язычества — например, праздник брумалий, когда 24 дня в году посвящались 24 буквам греческого алфавита, а каждый византиец праздновал день первой буквы своего имени в соответствующий день. От рабыни-скифянки (скорее всего славянки) у него был ещё один сын — Василий, которого император дабы избежать проблем с престолонаследием, приказал оскопить. В результате при четырех преемниках своего отца влиятельный евнух Василий Нофос выполнял роль своеобразного «серого кардинала».

Это время отличалось противостоянием центральной власти с динатами — император предпринял много мер, чтобы это сословие, которое разоряло стратиотов и было источником центробежных сил, держалось в определенных рамках. Если в столице положение было более-менее неплохим, то страдавшие от непомерного налогообложения окраины отвечали мятежами: в южной Италии, Халдии, на Пелопоннесе, а в феме Опсикий произошло в 932 г. восстание Василия Медной руки — харизматичного предводителя, лишившегося в свое время руки и носившего вместо нее медный протез.

Внешнеполитическая картина начинала выглядеть для ромеев все более благополучно. В 927 г. от сердечной недостаточности скончался Симеон Великий, а у болгар вскоре начались междоусобицы, скорее всего провоцируемые Константинополем. Последнее, впрочем, имело и обратную сторону — через земли ослабевшей Болгарии стали прорываться отряды венгров, совершавших набеги на византийские земли. На востоке назначение талантливого полководца и чиновника Иоанна Куркуаса привело к перелому ситуации в сторону ромеев. В этот период Багдадский халифат проходил период полураспада, а задачу Куркуасу облегчило заключение мира между Византией и египетскими Фатимидами. В 932 г. была взята Мелитина, Млех-Млентц захватил Самосаду, а в 942 г. перед силой ромейского оружия пал Нисибис. Эмир Эмесы был вынужден заключить с византийцами мир, одним из условий которого стала выдача знаменитого нерукотворного образа Христа, который хранился в городе и почитался как христианами, так и мусульманами. Эмир Алеппо Сейф-ад-Даул на некоторое время перестал проявлять активность, хотя до этого был одним из наиболее грозных врагов империи.

В 941 г. на Константинополь напали русы, прибывшие из Киевской Руси под руководством князя Игоря. Несмотря на то, что у византийцев оставалось всего несколько судов, поскольку флот воевал на востоке, эти корабли были снабжены сифонами для метания «греческого огня» и большая часть эскадры была сожжена протовестиарием Феофаном в бою 8 июля. Уцелевшие русы высадились на малоазиатских берег Босфора и подвергли разорению поселения, которые там находились. В конечном итоге эти отряды были изгнаны подошедшим Иоанном Куркуасом, а в сентябре Игорь потерпел ещё одно поражение на море и был вынужден убраться восвояси.

На старости лет Роман Лакапин стал сближаться с Константином Порфирогенетом (Багрянородным), так как разочаровался в способностях своих двух сыновей-соправителей. Те организовали переворот 16 декабря 944 г. и отправили своего отца на остров Прот, один из Принцевых островов. Однако по возвращении вероломных братьев ждал сюрприз: толпа воинов горожан, сбежавшая к дворцу, объявила василевсом Константина Багрянородного. В результате тот приказал постричь братьев в монахи и сослать. Сам же Роман дожил до 948 г. и умер на острове Прот, где и был похоронен в монастыре Мирилее, где покоился прах другого несчастливого императора — Маврикия.

В сущности, сам прецедент Константина Багрянородного для истории Византии уникален — он занимал престол 54 года, при этом обладая реальной властью всего лишь последние 15 лет из этого времени. Никто из старших соправителем не отважился избавиться от него — императрицы рожали в особой «багряной» палате дворца и именно факт такого появления на свет застраховал Константина от устранения. Случай Константина Багрянородного интересен и тем, что не обладая долгое время реальной властью, император располагал массой свободного времени и это время он терял даром, совершенствуя свои знания. 

В результате этот человек превзошел образованностью всех императоров, когда-либо занимавших трон Византии. Помимо самого пристального внимания, которое он уделял магнаврской школе, была создана компиляция знаний по истории, которой доселе не знала византийская наука. К сожалению, все они утрачены к нашему времени. Сам венценосец создал три крупных произведения — историко-географический большой трактат «О Фемах», «О церемониях византийского двора» и «Об управлении империей», которая являлась своеобразным руководством для его сына Романа, и ряд мелких жизнеописаний включая биографию Василия Македонянина.

Стоит отметить, что как раз на середину 10-го столетия приходится расцвет так называемого «Македонского Ренессанса» — пика византийской учености и художественной культуры — так, иконопись исторического отрезка времени, следующего сразу за эпохой иконоборчества, характеризовалась широчайшим обращением к античности. Правда уже в следующем веке эта манера, опередившая своей учебой у великих мастеров древности на пять столетий Эпоху Возрождения, пусть и не развернувшись столь же масштабно, сменится более аскетичным стилем, но сам факт заслуживает внимания.

В области политики постулаты, сформулированные Константином Порфирогенетом, недалеко ушли от советов Аристотеля Александру Македонскому, хотя концепция и прошла своеобразную обработку имперским многовековым опытом. Византийская самодержавная идея выразилась в следующей формулировке: империя ромеев суть «мировой корабль», император подобен Христу среди апостолов, а Константинополь — город всех городов и столица мира. Противопоставлялись два явления — Второй Рим как светоч цивилизации и мир «варваров». Если во имя доминирования первого хороши все средства, то вторых необходимо держать в узде силой оружия, золота или обмана. В идеале они должны быть рабами империи. Но сама эта концепция в 10-м в. уже имела совсем мало общего с реальностью, в которой «варвары» иной раз диктовали свои условия Второму Риму с не меньшим успехом, чем некогда им — первый.

Продолжалась борьба с произволом динатов, в частности, в 947 г. вышла новелла, возвращавшая прежним владельцам незаконно отторгнутые земельные участки стратиотов. Правда, стоимость возведенных на земле динатами сооружений, должна была быть возмещена за исключением случаев, когда их стоимость составляла менее 50 номизм. Однако из-за протестов динатов последнее условие пришлось отменить. Тем не менее именно при Константине Багрянородном от крестьянства было отделено стратиотское сословие и определена стоимость участка, с которого выставляется воин-моряк, пехотинец или конник.

Несмотря на это, разорение стратиотов продолжалось, лишь малая их часть превращались в вотчинников, а потом — в динатов. В армии начинают играть всю большую роль наемники. Однако именно при Багрянородном стартуют новые крупные успехи Византии, получившие развитие при императорах Никифоре Фоке, Иоанне Цимиски и Василии Втором Болгаробойце. Только в самом начале его единоличного правления в 947 г .империя потерпела поражение — провалилась экспедиция против критских арабов. В начале 50-х гг. под длань империи подпали Адана, Мараш, Феодосиополь, византийская армия вышла к Евфрату. Сейф-ад-Даул, эмир Алеппо, в 953 г. несколько оттеснил византийцев, но на пост военачальника был назначен талантливый полководец Никифор Фока. В 956 г. он взял Хадат, а Иоанн Цимиски — Самосату, в то время как патрикий Василий Эксамелит сжег флот эмира Тарса. Правители Тарса, Алеппо, Триполи и Египта запросили мира. Тогда же в Италии ромеи подавили крупное восстание в Калабрии и Лангобардии.

На фоне этих событий в 950 г. в далёком Харране, принадлежавшем Багдадскому халифату, был закрыт последний храм древнегреческой религии.

Около 957 г. Константинополь посетила киевская княгиня Ольга. Как архонтессу «варваров», ее довольно долго продержали в городе, не предоставляя аудиенции, но впоследствии Константин Багрянородный оценил по достоинству ум гостьи. Есть версия, что именно во время этого визита Ольга приняла крещение, тогда как легенда о том, что император попросил у нее руки и сердца — скорее всего, вымысел из «Повести Временных лет».

В 959 г. император отправился на малоазиатский Олимп (совр. Улудаг). Там якобы Роман, сын Константина, попытался отравить отца, но тот, поскользнувшись, выпил не весь яд. Тем не менее, по дороге обратно ему стало плохо и то ли от болезни, то ли вторично отравленный Романом, Константин Багрянородный скончался. Сообщение историка Иоанна Скилицы об отравлении, вполне возможно, было навеяно поведением Романа, который не ладил с отцом, хотя тот его очень любил. Несмотря на то, что Роман был прямой противоположностью Константину в первую очередь своей безалаберностью и предпочтению развлечений государственным делам, военные успехи империи продолжились. Летом 960 г. огромная флотилия из двух тысяч огненосных кораблей, тысячи дромонов и трехсот семи транспортов под командованием Никифора Фоки отплыла к Криту. Восемнадцатимесячная осада изобиловала драматическими эпизодами — так, часть арабов, пыталась прорваться при осаде крепости Хандака (совр. Ираклион), но была уничтожена. Никифор приказал отрезать у убитых головы, часть насадить на пики и выставить напротив крепости на высоте ее стен, а другую часть использовать как снаряды для метательных орудий, чтобы забросить головы в город для пущего устрашения защитников. Через некоторое время Крит вернулся под власть империи ромеев. 

Умирая, Роман назначил начальником всех войск Никифора Фоку. После подавления мятежа царедворца Иосифа Вринги, в ходе которого в Константинополе разразились бои, схожие с беспорядками периода восстания «Ника», Никифор Фока вошёл в столицу победителем. Впрочем, есть версия, что восхождению полководца способствовала супруга Романа Феофано. Якобы их отношения приобрели характер личной связи и императрица решила посадить возлюбленного на престол. Феофано происходила из простой семьи, в юности помогала своему отцу содержать таверну и, как часто бывало в таких ситуациях, приторговывала телом. На нее обратил внимание молодой Роман Второй и так она попала во дворец. В византийской истории ей ещё предстояло сыграть свою роль.

О правлении Никифора Фоки арабский хронист Ибн-Хаукаль писал, что новый государь поддерживал главным образом армию, которую считал главным и наилюбимейшим своим детищем, создавая новые налоги и не потратив из своей казны на нее «ни единого дирхема». Всячески ограничивались права церкви — в 964 г. вышла известная новелла, запрещавшая расширение старых и основание новых монастырей.  Правда, именно во времена Никифора Фоки его духовник Афанасий Афонский начал первые поползновения к тому, чтобы объединить разрозненные монашеские общины, разбросанные по полуострову Афон в районе Халкидики. Уже в правление Иоанна Цимиски идея Афанасия выльется в основание единственного в своем роде мужского монашеского православного государства в мире — Афонской монашеской республики на святой горе Афон.

Военные успехи империи того периода и впрямь впечатляли. Если на западе ромеи дважды были разбиты арабами у берегов Сицилии, то на востоке им сопутствовал успех. Были взяты Тарс, Адана и окончательно на долгое время — остров Кипр. В 966 г. император взял город Мембидж и целую неделю простоял у стен Антиохии, но штурмовать эту твердыню не решился. В это же время в очередной раз обострились отношения с Болгарией, и, решив действовать на этом направлении опосредованно, в 967 г. Никифор отправил в Киев патрикия Калокира с большой суммой денег золотом, чтобы тот уговорил князя Святослава Игоревича завоевать Болгарию. Но захватив столицу болгар Плиску, Святослав отказался уходить, объявив, что в Преславе будет теперь центр его владений и сменил отношение к ромеям на недружественное.

В 968 г. император вернулся победителем из Финикии. Весной следующего года был задуман новый поход на Сирию, но узнав о действиях Святослава, Никифор Фока заторопился обратно, а в Сирии оставил командира лагеря евнуха Петра и полководца Михаила Вурцу осаждать Антиохию. Те, проигнорировав запрет императора совершать какие-либо активные действия, захватили город в ночь на 28 октября 969 г. Один из крупнейших некогда городов державы Селевкидов и Древнего Рима оказался вновь в составе Византии.

Однако войны легли тяжелейшим бременем на народ Византии — к примеру, после ряда неурожаев цена на хлеб к 969 г. подскочила в целых восемь раз. Мало того, Никифор Фока осуществил денежную реформу и ввел в оборот две номизмы – эталонную, сохранившую прежний вес (гистаменон), и облегченную примерно на десятую часть (тетартерон). При этом вносить подати нужно было гистаменонами, а сама казна рассчитывалась тетартеронами. При этом спекуляциями хлебом занимались брат царя куропалат Лев Фока и Василий Нофос. Церковь встала в оппозицию, а единственные, кто поддерживал царя, были воины. Многие крестьяне при Никифоре Фоке были переведены в моряки ,моряки — в пешие стратиоты, пешие — в лёгкую конницу, лёгкая конница — в катаракты, при том, что их земельные наделы были существенно увеличены. Освобождались от налогов и слуги катафрактов. Если стратиот требовал возврата земли, переданной монастырю, его просьба удовлетворялась. Одновременно ряд новелл против динатов был отменён для того, чтобы улучшить отношения власти и крупных землевладельцев.

Недовольство жителей нарастало. После давки с большим количеством жертв, произошедшей во время зрелища учебного боя, которое император решил дать жителям столицы, месяц спустя на улицах в Никифора Фоку полетели камни. При этом не только простой люд был недоволен. Измену готовил Иоанн Цимиски. Ночью с 10 на 11 декабря 969 г. двое солдат, припрятанные в покоях императрицей Феофано, которую давно связывали любовные узы с Иоанном, скинули вниз веревки с корзиной, в которой во дворец поднялись вооруженные люди во главе с самим Цимиски. Когда они ворвались в опочивальню императора, то в постели его не обнаружили и уже перепугались, что Никифора Фоку кто-то предупредил о заговоре, как вдруг кто-то обнаружил, что император спит на полу возле камина. После недолгих издевательств Никифор Фока был убит, а его голову через решетку показали дворцовой страже, после чего стражники провозгласили Иоанна Цимиски василевсом. Спустя несколько дней, когда патриарх Полиевкт отказался было венчать узурпатора, Иоанн Цимиски сообщил, что лично он не убивал Никифора Фоку, а это сделали его компаньоны, и добавил, что весь заговор был задуман Феофано. Услышав эти слова, Феофано бросилась на Иоанна и попыталась выцарапать ему глаза, а когда ее оттащили, то разразилась таким потоком брани, которую мог не знать и иной мужчина — сказалась проведенная в таверне юность. После чего сообщники Иоанна и Феофано были сосланы, а Цимиски получил право на коронацию. Феофано оставалась в монастыре  до смещения Василия Нофа — при своем сыне  Василии Втором стараниями последнего она была возвращена во дворец, но подобного политического влияния уже не имела.

Буквально сразу по приходу к власти императору пришлось решать продовольственную проблему, что и было осуществлено посредством срочного подвоза продовольствия. Однако весной 970 г. последовала новая напасть — тридцатитысячное войско Святослава Игоревича, усиленное отрядами болгар и венгров, подошло к Аркадиополю. В то время как сам император находился в Сирии, где он только что захватил Алеппо, войска под командованием Варды Склира с большим трудом одержали над неприятелем победу. В это же время сын куропалата Льва Варда Фока поднял восстание в Малой Азии, и Варде Склиру пришлось срочно перебросить свои силы туда. Довольно быстро мятеж удалось подавить.

Между тем, Святослав вовсе не собирался покидать Болгарию без выкупа. Над местными византийскими войсками киевляне одерживали победу за победой, а провизантийски настроенных болгар усмиряли жесточайшим террором.

Весной 971 г. Иоанн Цимиски во главе большого и хорошо вооруженного и оснащенного войска выступил против Святослава. Передовой отряд русов отступил, и через несколько дней византийцы вошли в Преслав. Патрикий Калокир бежал к Святославу, находившемуся в крепости Доростол, с вестью о прибытии императора. Через неделю под Доростолом произошло первое сражение, в котором ромеям удалось вырвать победу. Однако она привела к тому, что русы закрылись в крепости и началась длительная осада. Греки поражали врагов стрелами и метательными снарядами, русы отвечали тем же. Отдельным успехом Святослава стала успешная вылазка, в ходе которой удалось нанести серьезный вред метательным машинам ромеев и убить начальника артиллерии Иоанна Куркуаса, родственника императора. Однако на следующий день в состоявшейся битве победу одержали греки. 21 июля Святослав собрал все имеющиеся у него силы и, обратившись к своим воинам с речью, включающую известное «мертвые сраму не имут», развернул армию против ромеев. Предложение Иоанна Цимиски пощадить войска и решить судьбу битвы и войны поединком военачальников было отвергнуто со словами, что «если император желает умереть, то для этого есть много других путей». В результате и эта битва была проиграна киевлянами и на следующий день был заключен мир. Дав уходящим русам по два медимна (мера весов в Византии) хлеба, Иоанн Цимиски отправил к печенегам, занимавшим часть пространства «дикого поля» епископа Феофила с требованием беспрепятственно пропустить русов, однако печенежский хан Куря проигнорировал это указание, и когда Святослав возвращался из похода с небольшой дружиной, отправив остальное войско другим путем, напал на него. Киевский князь и его сопровождающие были перебиты, а из черепа поверженного противника приказал сделать чашу, из которой пил на пирах. Есть версия, что разъярённые репрессиями русов болгары из Преслава предупредили печенегов о том, что русов мало, а добыча у них с собой богатая. Версия о том,что за убийством Святослава стояли ромеи, в настоящий момент большинством историков отвергается.

Эта война привела к тому, что северо-западная Болгария вошла в состав Византии, что было подтверждено символическим актом — во время триумфа Иоанн Цимиски снял с головы болгарского царя Бориса венец и передал его патриарху.

В 972 г. хрисовулом (грамотой) Иоанна Цимиски, который получил название «трагос»- козел, так как он был написан на пергаменте из козьей кожи — было утверждено формирование монашеского государства на полуострове Афон, существующего и в наши дни и сохраняющего за собой значение второй после Гроба Господня православной святыни.

Летом 972 г. экспансия империи продолжилась — началось вторжение во владения арабов. Были захвачены Нисибис, Мартирополь и Амида. На следующий год ромеи были несколько потеснены, но ещё годом позже вернувшийся Иоанн Цимиски поправил положение — были взяты Эмеса, Гелиополис, Назарет и Кесария Палестинская, а весной 975 г. император захватил Дамаск. Прорваться к Багдаду ему не позволил лишь недостаток воды в пустыне Баб-Эль-Хамра.

Внутренней политикой по большей части в этот период занимался Василий Нофос. Продолжала оказываться всемерная поддержка стратиотам в ущерб интересам крупных магнатов. С 70-х гг. был узаконен т.н. каноникон — церковная подать, которая была куда меньше десятины, которую в качестве налога требовала западная церковь. Стоит отметить, что обустраивая государственные дела Василий Нофос не забывал и о себе. Это не нравилось Иоанну Цимиски и летом 975 г. в Месопотамии он проронил фразу, что ромеи-де тратят силы и проливают кровь, а все богатства достаются евнуху. Василий не стал ждать опалы: Иоанн Цимиски был отравлен медленно действующим ядом и похоронен в храме Спасителя на острове Халки.

При Василии Втором Вулгароктоне (Болгаробойце) Византийская империя достигла за свою историю второго расцвета, схожего со временами Юстиниана. Более никогда за всю отведенную ей историю не удавалось расцвести так в экономическом, военном и территориальном смыслах. Тем не менее массу своих успехов император достиг не благодаря, а вопреки. Основными угрозами были внутренние. Борьба с всемогущим евнухом Василием Нофосом завершилась ссылкой последнего в 985 г. Годом позже в Малой Азии взбунтовались войска под командованием Варды Склира и Михаила Вурца. К 977 уже вся Малая Азия находилась под контролем повстанцев, одновременно восстала Болгария и большая часть завоеваний Иоанна Цимиски оказалась независимой от византийцев. Императорские войска, посланные против Склира, были разбиты и после долгих раздумий было решено вернуть из ссылки сына куропалата Льва Фоки — Варду Фоку и поручить ему спасти державу. Тем не менее сначала тот потерпел ряд поражений, сдав Абидос, Никею (совр.Изник) и Атталию (совр. Анталия). Однако затем флот Склира был сожжён в авидосской бухте, а в марте 978 повстанцы потерпели окончательное поражение и Варда Склир был вынужден бежать в Багдад.

Через девять лет он снова появился в пределах империи. Варда Фока выдвинулся ему навстречу, но хитростью захватил Склира в плен, объединил два войска и выступил против Василия. Тогда василевс обратился к князю киевскому Владимиру с просьбой о военной помощи и тот откликнулся, но поставил условия выдать за него сестру императора Анну. Несмотря на то, что Владимир был язычником, выбора не было — армия мятежников докатилась до Хрисополя. Там зимой 988 г. шеститысячный отряд русов и варягов разгромил часть войск Фоки. Тем не менее Василий решил,что «обещать — не значит невесту замуж выдавать», а Владимир, устав ждать  невесту, осадил Херсонес Таврический и взял его при помощи местного грека Анастаса, показавшего как перекрыть воду, идущую в город. Тогда Анну отправили на север, но и Владимир обязался принять христианство и, вернувшись в Киев, окрестил и подданных. Если принятая историками дата крещения Руси верна, то она совпадает с другим знаменательным событием в истории религии — в 988 г. были крещены последние из приверженцев древнегреческой религии — цаконцы из Лаконии на Пелопоннесе, где языческая традиция так долго оставалась достаточно сильной, несмотря на все запреты и репрессии.

Решающее сражение с мятежниками состоялось 13 апреля 989 г. Во время боя Варда Фока направил своего коня в гущу императорских войск, намереваясь убить Василия Второго в поединке, но неожиданно сошел с коня, лег на землю и умер — то ли подействовал яд, то ли дело было во внезапном сердечном приступе. Войска мятежников отступили, во главе восстания встал снова Варда Склир, но вскоре сдался и он, выторговав почетные условия капитуляции.

Трансформация личности Василия Второго интересна и тем, что множество историков, включая Михаила Пселла — личность, сравнимую с Плутархом,если проводить аналогии с античностью — упоминают о том, что если в юности император был человеком легкомысленным, любившим разврат, изнеженность, роскошь и развлечения, то под давлением обстоятельств постоянно работал над собой и эволюционировал в энергичного, деятельного, сурового, но справедливого властителя аскетичных, почти спартанских правил.

В казне в период правления Василия Болгаробойцы накопились огромные средства и даже непутёвые преемники не успели их промотать быстро.

Именно в это время ощущается самое яростное давление на динатов в угоду стратиотам и мелким вотчинникам-катафрактам за все время правления Македонской династии. Особенно эти тенденции усилились после подавления восстания Варды Склира. Аллиленгий был сделан повинностью динатов, теперь они вносили подати за неимущих членов общин, а чтобы никто не смог уклониться от выплаты, была проведена ревизия и перепись имеющегося у них имущества. При этом было отменено «правило сорока лет» — теперь для подтверждения права собственности на землю необходимо было подтверждать либо имеющимися на нее документами, либо показаниями уважаемых свидетелей в суде, а в противном случае земля отбиралась. В результате этой меры пострадали динаты, некогда незаконно поселившиеся за счёт крестьянских наделов. Во время неурожая 1023-1025 гг. были отменены налоги на сельскохозяйственную продукцию, что уменьшило доходы казны, но спасло тысячи людей от голодной смерти.

На периферии происходили народные волнения — в Бари в Италии в 1009-м, в Лаодикии в 992-993 гг., в 1016 в Херсонесе Таврическом. А в 1022 г. произошло возмущение знати: сын Варды Фоки Никифор и Никифор Ксифиас, один из приближенных императора, взбунтовали войска. В результате соперничества двух Никифоров ещё в начале восстания Ксифиас убил Фоку, а затем потерпел поражение от императора и был пострижен в монахи, тогда как придворного евнуха, поддержавшего мятеж, бросили на съедение львам из столичного зверинца.

Однако войны с последней частью Болгарии, оказавшейся вне ромейского влияния стали главным циклом событий того времени. В конце 970-х власть над западной частью Болгарии (частично совр. Северная Македония) захватили четверо братьев, которых греки называли комитопулами, т.е., сыновьями комита по званию их отца комита Никиты. Наиболее талантливым и амбициозным из них оказался царь Самуил, который захватил Фессалию и часть Македонии и начал нападать на византийские владения во Фракии. 17 августа 986 Василий Второй потерпел поражение в битве у Трояновых Ворот. В 991 г. он взял реванш, а один из болгарских царей попал в плен, а фактическим правителем оставался Самуил. До 995 года болгар сдерживал полководец Григорий Таронит ,но после его гибели в 996 г. фронт около Фессалоники был прорван и болгары продвинулись до середины Пелопоннеса. На обратном пути на реке Сперхеос (совр. Аламанос, между Ламией и Фермопилами) болгары были застигнуты полководцем Никифором Ураном и награбленная добыча,с которой они не хотели расстаться, сослужила им плохую службу — они были разгромлены, а Уран привел в Константинополь 15 тыс.пленных. В 997 г. империя вернула Диррахий. На востоке, однако, по той причине, что наиболее боеспособные войска ромеев были выведены в Европу, в 996 г. арабы взяли Алеппо и вернуть его византийцам уже не довелось. В 1001 г. император заключил мир с Фатимидами и принудил к покорности грузинского царя Давида, после чего начал тотальную войну против Болгарии — ежегодные экспедиции в Паристрион, т.е. за Дунай, поражали жестокостью даже современников. Были разорены Плиска, Преслав, Видин и ряд других крупных городов и крепостей. Самуил, пытаясь отвлечь внимание ромеев, захватил Адрианополь, но византийцы продолжали движение вглубь Болгарии, оставляя за собой пустыню. При нарастающем перевесе греков война продолжалась тринадцать лет. 29 либо 28 июля 1014 г. в ущелье Кампулунга у подножия гор Беллес (болг. Беласица) близ села Клиди (болг. Ключ) произошло решающее сражение. Искусным маневром Василий охватил болгар с флангов, а сподвижник императора и будущий возмутитель порядка Никифор Ксифиас нанес удар с тыла. Сражение превратилось в избиение, когда в дело вступили византийские метательные орудия. После сдачи болгар в плен на следующий день Василий Второй велел выколоть каждому сотому из пленных один глаз,а остальным — оба. После этого они были отправлены по домам для того, чтобы служить живым напоминанием, какие последствия может повлечь война с империей ромеев. Самуил, как считают, не вынес зрелища множества ослепленных воинов и то ли принял яд, то ли скончался от скорби в октябре того же года. Впрочем, ряд современных историков подвергают сомнению истинность сообщения о таких действиях Василия Второго. После этого поражения в Болгарии началась смута, последствия которой усугублялись действиями византийских армий. В 1018 г. армия подступила к Охриду, столице уцелевших от завоевания владений Болгарии, но город был сдан без боя. Год спустя полководец Константин Диоген захватил Сирмий и Болгария подпала под власть Византии на 170 лет, однако с жестокостью Василия на войне контрастировало более мягкое отношение к болгарам уже в качестве подданных, болгарская аристократия широко привлекалась на службу и интегрировалась в византийское общество. В те же времена происходили войны с Грузией в 998 и 1001 гг., в 1016 с хазарами,а в 1021-1024 гг. происходили походы в Абхазию и Армению. В 1018 были побеждены норманны в Италии, а все аппенинские владения Константинополя были сведены в отдельный катепанат с центром в Бари. Через три года ромеи осаждали крепость Гарильяно и только противодействие императора Священной Римской Империи Генриха Второго Святого помешало им продвинуться дальше. 

В честь побед над болгарами возводилось немало строений, сохранившихся до нашего времени — например, монастырь Мавриотисса и храм Кумбелидики в Касторье. А в 1018 г. Василий специально посетил Афины, чтобы полюбоваться на главный храм города — собор Божьей Матери Афиниотиссы, обустроенный в античном Парфеноне.

В 1025 г. Василий начинает планировать отвоевание Сицилии у арабов, но 15 декабря умирает после продолжительной болезни.

Талант Василия Второго Болгаробойцы как правителя лишний раз подтверждается тем, какой период в истории Византии наступил после его смерти. До восхождения к власти династии Комнинов в 1081 г. продолжалась смута, имевшая для империи самые катастрофические последствия — в первую очередь в плане ее неготовности противостоять вызовам, которые запустят процессы постепенного ее разложения и гибели.

Упадок наметился уже в правление брата Василия Болгаробойцы Константина Восьмого. Историки, включая Михаила Пселла, в один голос подтверждают, что это был аккурат тот случай, когда природа выложилась на полную катушку на одном и отдохнула на другом брате. Император находил свое наивысшее удовольствие в наслаждениях, чревоугодии, пьянстве, охоте (обладая великолепными воинскими навыками, тем не менее, он не горел желанием применить их на войне), замещал опытных военачальников и чиновников на их постах своими собутыльниками, расточал казну, а для ее пополнения не замедлил ужесточить налоговое бремя. В частности, недоимки за неурожай 1022-1025 были взяты и это мгновенно вызвало восстание в Навпакте. Оно было жестоко подавлено и Константин Восьмой приказал казнить епископа города за то, что тот не сумел удержать народ в повиновении. Ещё один мятеж созрел в 1027 г., но нашлись доносчики и зачинщик Никифор Комнин был ослеплен. Вообще эту меру наказания Константин Восьмой применял чаще всего, иной раз — непропорционально провинности. И, тем не менее, не все сначала шло мрачно — на Сицилии началась кампания, которую перед смертью задумывал ещё Василий Второй. Хотя захватить весь остров не удалось, плацдарм был создан. В 1027 г. Константин Диоген отбросил за Дунай орду печенегов, которая вторглась на византийскую территорию, а военные руководители Хиоса и Самоса надолго обезопасили торговые пути Эгейского моря от африканских пиратов.

После смерти Константина Восьмого императором стал муж его средней дочери Зои — Роман, вошедший в историю как Роман Третий Аргир. По факту немалая часть власти осталась в руках двух дочерей Константина — Зои, для которой любимым хобби было парфюмерное дело, и младшей Феодоры, которая являла собой полную противоположность жизнелюбивой сестре и была набожной и аскетичной. Интересно, что Константин, незадолго до смерти выдавая Зою за Романа, предложил ему следующий выбор: брак с Зоей и императорский престол, либо ослепление. Проблема состояла в том, что Аргир был женат, но его жена ушла в монастырь, решив сама разрешить дилемму.

Правление Романа Третьего началось с того, что он выкупил у печенегов тысячу пленных византийцев, чем снискал уважение подданных. Продолжение стало куда более обескураживающим. В 1030 г. арабы разбили Спондила, антиохийского военного руководителя, и василевс заменил его своим зятем Константином Карадасом, а сам двинулся на восток. В результате передовой отряд ромеев был разгромлен арабами, а основная часть войска была блокирована в пустыне, отрезана от коммуникаций и беспорядочно бежала, оставшись без воды и провизии. Благодаря гвардии из варягов и русичей императору удалось бежать в Антиохию. Полководцу Георгию Маниаку удалось отбить большую часть трофеев, которые захватили арабы, а спустя два года он взял Самосату и Эдессу (совр. Урфа). 

Император пытался проявить себя и как строитель, но в деле сооружения помпезных строений не проявил ни должного вкуса, ни чувства меры. Известны памфлеты Михаила Пселла на тему постоянных новых построек, которые возводились в монастыре Божьей Матери Перивлепты, увеличивая количество монахов. Пселл иронизирует, что для пропитания последних надо искать «новые вселенные, одна из которых должна была поставить огромных как китов рыб, а вторая — спелые плоды. Полагая, видимо, ложным учение Анаксагора о беспредельности миров, он отсек большую часть нашего материка и отдал ее храму…». Расходы на постройки были компенсированы новыми поборами, а коррупция и казнокрадство приняли масштабы, невиданные даже по меркам Византии. Феодора по приказу Романа была заключена в монастырь, а многие ее приверженцы были сосланы или приговорены к бичеванию. Под каток репрессий попал герой многих войн и стратиг Фессалоники Константин Диоген, который, не выдержав пыток и позора, бросился вниз с тюремной стены и разбился.

Был отменён аллиленгий, введённый для динатов.

В конце концов, как это часто уже случалось в византийской истории, не оппозиция, а собственная жена нанесла Роману Третьему сокрушительный удар. Все началось с того, что охладев к Зое вследствие невозможности зачать ребенка (хотя оба супруга давно вышли из возраста, в котором обычно обзаводятся детьми), Роман сначала стал куда реже, а потом и вовсе прекратил исполнять супружеский долг. Зоя нашла себе молодого любовника Михаила, притом, что и сам император скорее всего был в курсе их связи. С конца 1033 г. Роман занемог, так как с ведома супруги ему стали давать медленно действующий яд. 11 апреля 1034 г. императору стало плохо во время купания, в начавшейся суматохе кто-то из придворных попытался его утопить, а ночью он скончался. Следы насильственной смерти были явственно видны и патриарх Алексей Студит потребовал объяснений, но хорошая сумма золотом удовлетворила его любопытство. Зоя вышла замуж за Михаила, который вошёл в историю как Михаил Четвертый Пафлагон. При этом о самом императоре хронисты отзываются положительно, но делают акцент на его родственниках, которые сделали все, чтобы отрезать кусок от пирога, которым обладал теперь Михаил. Особое влияние приобрел родственник царя Иоанн Орфанотроф («кормилец сирот», в ведении которого находились государственные приюты), его налоговая политика вела к обогащению торговой знати и обнищанию другой части населения. Усилилась децентрализация власти — ко времени правления Пафлагона относятся первые сообщения о войнах на переферии между местными администраторами, выясняющими отношения. Промышленность пришла в упадок, плюс каждый год страну поражали какие-либо невзгоды, то неурожай, то саранча, то град, то эпидемия, а в 1040 г. по неизвестной причине в бухте столицы сгорел императорский флот. Однако несмотря на эти потрясения, военные успехи Византии продолжали впечатлять — в 1035 ромейский флот разорил дельту Нила, что заставило халифа Египта заключить 30-летний мир с Византией. Годом спустя была одержана победа над печенегами на Дунае,а брат императора Константин разбил арабов под Эдессой. В конце 1030-х Георгий Маниак отбил у арабов почти всю Сицилию.Однако вскоре он не поладили с друнгарием флота (адмиралом) зятем царя Стефаном Калафатом, после чего по доносу последнего Георгий Маниак был смещен, а Калафат потерял остров, разве что в осажденной Мессине ромейский гарнизон держался до 1042 г. Неудачи преследовали ромеев и в Южной Италии — норманны захватили город Мельфи, сделав его своей базой, а византийцы начиная с 1041 г. потерпели три поражения, причем в плен попал Михаил Докиан.

В 1040 г. началось восстание в Белграде, которое возглавил болгарин Петр Делян. Бунт перекинулся на Диррахий, а в 1041 г. ромеи потерпели поражение от восставших при Фивах. Уже тяжело больной водянкой Михаил Четвертый Пафлагон с грамотностью, удостоенной самых высоких оценок историков, организовал, несмотря на отсутствие военного опыта, экспедицию против повстанцев и, одержав победу, вернулся в Константинополь и справил триумф. При этом пребывал уже в таком состоянии здоровья, что не был похож на самого себя. После этого успеха император скончался в конце того же года. У власти оказался сын Стефана Калафата Михаил. Хронисты отмечали, что прозвище «Калафат» (конопатчик) происходит от семейного ремесла этого рода и подобная картина демонстрирует как уникальную для своей эпохи социальную мобильность, так и даёт представление того, какие люди получали доступ к власти в Византии. Иоанн Орфанотроф, дядя Михаила, опасаясь, что со смертью Михаила Четвертого его влиянию при дворе придет конец, уговорил Зою усыновить Михаила Калафата. Однако по приходу к власти Михаил удалил Орфанотрофа от двора, но вернул многих опальных полководцев и чиновников, включая прославленного Георгия Маниака. В результате после ухода Орфанотрофа, хоть как-то сдерживающего чиновников, казнокрадство и коррупция приняли совсем угрожающие масштабы. Император же с яростью и энергией, заслуживающих лучшего применения, обрушился на своих родственников, которых считал угрозой своей власти. Одним из его любимых видов наказания было оскопление и эту операцию он применял часто, иной раз совершенно без соответствия провинности наказуемого.

Впрочем, подарки и льготы, которыми главным образом была осыпана столичная знать, привели к укреплению его популярности и, решив, что его авторитет достаточно окреп, он задумал отстранить от власти Зою. Это и стало самой трагической его ошибкой. 19 апреля 1041 г. василиссу (императрицу) ромеев постригли в монахини и отправили на Принцевы острова. Однако уже когда эпарх зачитывал на ипподроме эдикт о ссылке царицы, из толпы собравшихся горожан послышались крики: «Не желаем Калафата-ставропата (крест поправшего) императором! Хотим законную нашу наследницу, матушку Зою!»– и далее совсем уже грозное: «переломаем кости Калафату!».  Михаил Пселл, который был участником этих событий, оставил довольно подробное описание восстания, которое стало крупнейшим со времен восстания «Ника». Даже возвращение Зои с Принцевых островов не остановило бойню. Серьезную роль в восстании сыграл патриарх Алексей Студит, который потребовал у синклита лишить недостойного императора трона, а затем короновавший доставленную из монастыря Феодору. Через некоторое время Михаил Калафат был окончательно отлучен от трона и ослеплен вместе со своим дядей новелиссимом Константином. Мужем 64-летней Зои стал бывший руководитель фемы Эллада Константин Девятый Мономах.

Время его правления стало в какой-то степени переломным для Византии. Именно с 50-х гг. 11 в. появляются первые сообщения о нападениях турок-сельджуков на регионы империи. В 1054 г. происходит окончательный раскол церквей: вследствие целого ряда противоречий Западной и Восточной церквей папский легат Гумберт и патриарх Михаил Керуларий предают друг друга анафеме и взаимные проклятия будут сняты только в 1965 г. В Южной Италии началось наступление норманнов, ставшего в итоге финалом двух тысяч лет греческого присутствия в регионе, хотя греческие общины сохранились в местах, некогда называвшихся «Великая Греция» и до наших дней. Константина Мономаха хронисты описывают как человека добродушного, но легкомысленного, склонного к роскоши и изнеженности, любителя развлекаться и способного раздавать государственные должности кому попало, расточительного, но при этом народного любимца. Не очень образованный сам по себе, император старался поддерживать науку и образование — константинопольская высшая школа разделилась на два направления, при этом философское возглавил Михаил Пселл, а юридическое — Николай Ксифилин. В немалой мере именно эти двое вместе с ещё одним управленцем Константином Лихудисом отвечали за ведение государственных дел при Константине Мономахе, но, несмотря на очевидные таланты, этого было мало, чтобы удержать Византию от нисходящего движения. Государство сотрясали восстания. Одно из них было возглавлено неугомонным Георгием Маниаком и закончилось лишь в 1043 г. после его гибели в битве при Фессалоники. Однако и сам победитель Маниака Стефан Севастофор поднял восстание в пользу стратига Лесбоса Льва Ламброса и только летом того же года восстание удалось подавить, а Стефан был ослеплен.

В 1045 г. после того, как восточные фемы были атакованы турками-сельджуками, большое количество беженцев из подвергнувшихся нападению регионов осели на Афоне. Монахи обратились к императору с жалобой и Константин Мономах приказал отправить изгнанников на Пелопоннес, а на Афоне был введен новый закон, так называемый Авватон, который запрещал женщинам вступать на территорию Святой Горы, исключая таким образом формирование на земле Афона любых мирских поселений.

Самым опасным для институтов византийского государства стал в то время мятеж Льва Торника. Опасаясь немилости императора, популярный полководец в сентябре 1047 г. бежал в Адрианополь и объявил его своей столицей. Зимой повстанцы осадили Константинополь. Несмотря на первоначальный успех восстания и победу над совершившими вылазку приверженцами Константина Мономаха, а также тот факт, что сам Мономах чуть не погиб от шальной стрелы, уже к Рождеству все сошло на нет, а Торник был пойман и ослеплен.

Поборы восполняли отток денег из казны. У монастырей были урезаны существующие льготы, были распущены в целях экономии стратиотское ополчение и пятидесятитысячное вспомогательное грузинское войско. Последние шаги были просто самоубийственны, но только в 1071 г. станет ясно, насколько. Ещё одной ошибкой стал захват Армянского царства со столицей в Ани, так как это привело к исчезновению буферной зоны, служившей защитой от турок-сельджуков. Уже в 1048 г. из Васпуракана пришлось выбивать турецкую кавалерию, был захвачен также город Арзен и десятки тысяч армян и греков были вырезаны. В сентябре 1048 ромеи разгромили врагов при Капетре, вынудив их убраться в Иран. В 1054 г. сельджуки снова появились в этих землях и осадили важную крепость Манцикерт (совр. Малазгирт), но взять ее не смогли.

Ещё в 40-е гг. 11 в. начались выступления, которые привели к обособлению сербских княжеств Дукла и Зета.

С севера постоянно происходили вторжения печенегов, и если в 1051 византийцам удалось нанести им поражение, уже через два года ромеи были разбиты и вскоре рейды кочевников достигали даже предместий столицы. 

Личная жизнь императора тоже вызывала немало нареканий — официально женатый на Зое, с позволения последней, он привез в Константинополь Марию из рода Склиров, которая была его любовницей ещё в период его пребывания на Лесбосе и к которой он питал самые искренние чувства. И если Зоя, вышедшая из возраста ревности, да и не относившаяся к браку с Константином иначе как к политическому союзу, восприняла ситуацию как должную, то народ и церковь были недовольны конкубинатом и один раз дело чуть не дошло до восстания.

В 1043 г.произошел последний поход русов на Константинополь — флот, которым командовали воевода Вышата и сын Ярослава Мудрого Владимир был сожжен «греческим огнем», а 800 пленных были ослеплены.Тем не менее, впоследствии отношения Константинополя и Киева, а позже — удельных княжеств, вплоть до падения Византии оставались сугубо мирными.

Константин Мономах умер в 1055 г. и некоторое время у власти находилась Феодора (Зоя умерла в 1050 г.). После ее смерти в 1056 г. прекратила свое существование Македонская династия. На некоторое время у власти оказался император известный как Михаил Шестой Стратиотик, названный так за военные успехи в молодости. Впрочем, реальной властью он не обладал и в немалой мере являлся креатурой Льва Параспондила, крупного столичного вельможи. Почти сразу против него поднялось восстание крупного военачальника Исаака Комнина и власть перешла к нему.

Новый император начал выкорчевывать все мешающее, на его взгляд, жизни государства с невиданной энергией. Он отнимал поместья у аристократии и богатых монастырей, защищая интересы бедняков, сурово карал за дурное обращение с крестьянами, строго следил за деятельностью ремесленных коллегий, безжалостно расправлялся с казнокрадами, возрождал пришедшее в упадок ромейское войско.

Подобные действия императора быстро вызвали недовольство практически всех слоев знати – военно-землевладельческой, церковной, торгово-ремесленной, бюрократии. По мнению позднейших исследователей, «создался своеобразный исторический парадокс: вождь феодального мятежа действовал в интересах централизации византийского государственного аппарата, а столичная знать, объективно заинтересованная в этой централизации, оказывалась в оппозиции к нему”.

Одним из первых в оппозиции к нему стал патриарх Михаил Керуларий — намекая на помощь в свержении Михаила Стратиотика, он сказал «я тебя сложил, печка, я тебя и разрушу», на что последовала стремительная реакция императора — патриарх был низложен и отправлен в ссылку на остров Прокониссос, однако свое низложение не признал, был назначен судебный процесс, но вскоре Керуларий скончался, после чего василевс лично снял с него, мертвого, все обвинения. 

Если на востоке в правление Комнина удалось достичь сравнительной безопасности от набегов сельджуков, то на западе — от печенегов. Причем империя не только оборонялась, но и переходила в наступление. Тем не менее реформы императора лихорадили страну, а его неподкупность раздражала многих чиновников, мечтавших поживиться за счёт казны. В конце 1059 г. император простудился на охоте, болезнь сначала приняли за смертельную, правитель постригся в монахи, как делали обычно византийские государи, но когда после выздоровления он попытался вернуть власть, сделать ему это не удалось.

Константин Дука, пришедший ему на смену, был личностью пусть и образованной, но именно его бездумная экономия за счёт армии стала одной из причин Суда Божьего, который обрушился на Византию через три года после окончания его правления. Одним из любимейших дел нового василевса стала юриспруденция. Совершенствование судебного дела стало одним из главных занятий даже для искушенных вояк, которые предпочли своему главному занятию именно сутяжничество.

В этот период хорошо содержалась только наемная гвардия. Крепости не восстанавливались, не строился флот, не производились оружие и машины. Это не преминуло сказаться на положении страны — почуяв ее слабость, враги атаковали Византию по всему ее периметру. В 1064 г. шестисоттысячная орда узов перешла Дунай, атаковав и подвергнув разграблению Македонию, Эпир и Элладу. Сначала император долго колебался, следует ли посылать против агрессора армию,но когда решился, выделенных сил не хватило на то, чтобы остановить врагов. За год силы врагов подточила эпидемия чумы, а скоро греки разгромили их окончательно. Однако вскоре венгры захватили Белград, а турецкий султан Алп Арслан, который ещё сыграет роковую роль в судьбе Византии, в союзе с грузинами вторгся в Армению и захватил ее столицу Ани. До самой смерти Константина Дуки сдерживать натиск врагов, усиливающих давление по всей протяженности границ империи, становилось все труднее и труднее. Регентшу Евдокию Макремволитиссу ее окружение упросило выбрать нового мужа, который смог бы хоть каким-то образом остановить развал, царящий во всех областях жизни империи, и выбор пал на Романа Диогена, сосланного в это время в Малую Азию за заговор против Константина Десятого.

Роман, вошедший в историю как Роман Четвертый Диоген, вернулся к политике «военных» императоров. Для противостояния могуществу крупных землевладельцев прибегнул к усилению императорского домена и впоследствии к этой же политике обращались многие монархи.

Император демонстрировал волю и самостоятельность — сам назначал епископов, вошедших с ним в антагонизм представителей синклита выслал в Вифанию, а Михаил Пселл впал в немилость. В ответ царедворцы строили козни, которые медленно но верно подтачивали положение нового василевса. Роман придерживался жесткой политики в отношении придворных, опираясь на военную аристократию. Он жаждал взять реванш у норманнов, печенегов и в особенности у сельджуков.

Весной 1068 г. Роман выступил в поход на восток и первые же смотры византийского войска обнажили ужасную правду — скудное обмундирование, недостаток оружия, а кое-где и вовсе неимение такового. Несмотря на это осенью пришло известие о взятии императором Мембиджа, а в последующую неделю Роман разгромил и рассеял несколько передовых отрядов султана. Весной Роман снова отправился в поход против сельджуков, но вынужден был вернуться из-за восстания командира итальянских наемников Криспина. Одновременно  Мануил Комнин, племянник императора Исаака, не смог остановить продвижение турок в Малой Азии — сельджуки нанесли ему поражение и заняли Хоны и Манцикерт. Весной же 1071 г. Византия потеряла свой последний оплот в Италии — Бари.

Роман тем временем понимая, что восточные области имели для Византии куда большее значение, летом 1071 г. решил нанести решающий удар в направлении главных центров султаната — Экбатан и Тегерана. Военачальники предупреждали василевса об опасности такого предприятия, советуя выжечь все приграничные районы и ждать турок там, но во главе стотысячной армии Роман выступает к берегам озера Ван, где две крепости Ахлат и Манцикерт прикрывали путь на Иранское нагорье

Манцикерт был взят ромеями, но поход с самого начала был обречен на фиаско, так как смелого, но относительно доверчивого василевса окружали изменники.

Главными ненавистниками василевса были представители рода Дук, которые в угоду собственным амбициям рисковали страной для того, чтобы избавиться от василевса. То вспыхивала палатка императора, то обрушивался дом, в котором он собирался остановиться. Никифор Василаки, ответственный за разведывательные действия, до последнего скрывал от правителя, что Алп Арслан с огромными силами приближается к Манцикерту. Иосиф Тарханиот, отправленный с немалой частью войска отбить турок от Ахлата, выдвинулся,не найдя турок, не к Манцикерту, а в другую сторону, якобы «не найдя верного пути». В довесок ко всему накануне битвы десятитысячный отряд союзников-узов переметнулся к неприятелю.

Сражение при Манцикерте, начавшееся 19 либо 26 августа 1071 г., казалось бы, разворачивалось для ромеев благоприятно — катафракты императора повернули сельджуков вспять, но около турецкого лагеря была дана команда остановиться из опасений засады. Сын кесаря Андроник Дука исказил приказ, распространяя слух, что император убит. Ряды греков смешались, а контратака сельджуков довершила разгром. Впрочем, взять императора в плен удалось с трудом, так так тот сражался до последней возможности, но в конце концов покорился судьбе став первым попавшим в плен василевсом Византии.

Первое время в столице никто ничего не знал об участи Романа Четвертого. Однако уже спустя неделю после его пленения Алп Арслан согласился отпустить его за выкуп в 100 000 золотых и в Константинополе заволновались. От имени Михаила Седьмого Дуки, который уже был коронован, Роману предложили прощение, но Роман осел в одной из армянских крепостей и приготовился к походу на Константинополь, а несколько позже вступил в Киликию. Против василевса, в возвращении которого никак не была заинтересована столичная полуренегатская аристократия, выступил его злейший враг Андроник Дука, предавший Романа в битве при Манцикерте. В конечном итоге преданному василевсу пришлось сдаться в плен в обмен на лживые гарантии неприкосновенности  митрополитов, прибывших из столицы. Ещё в Малой Азии василевс был ослеплен.Через несколько дней он умер от сепсиса на острове Прот.

Год низложения Романа Диогена стал своеобразным водоразделом истории Византии. Именно тогда, потеряв свои владения в Южной Италии на Западе и получив удар при Манцикерте на Востоке, предопределивший неминуемое падение империи ромеев на востоке, Византия перестает быть сверхдержавой Средневековья. И именно с этого момента начинается неминуемый путь империи к ее закату и гибели.

Положение Византии усугубило то, что у руля оказались личности, которые не соответствовали именам Юстиниана и Василия Болгаробойцы. Сын и соправитель Константина Десятого вошёл в историю как Михаил Дука Парапинак. Новый император стал, не обладая необходимой решительностью, проводником воли своего дяди кесаря Иоанна и своего воспитателя Михаила Пселла, а с 1072 г. — ещё одного фаворита придворного евнуха Никифорицы. Последний занялся пополнением государственной казны, не забывая и о себе. Также была конфискована на общественные нужды часть богатств церкви, установлен контроль над хлеботорговлей, но все эти меры привели только к очередному витку государственных злоупотреблений и произвола чиновников.

В столице свирепствовал голод и дело дошло до того, что на улицах лежали неубранные трупы. Войска жаловались на отвратительное содержание, но правительство не обращало на эти сигналы никакого внимания. На окраинах империи как грибы после дождя стали появляться различные полунезависимые государства и правители-узурпаторы. В это же время император под началом Пселла занимался «сочинением ямбов», о чем шутили его противники. Некий Татуш основал печенежское княжество на Дунае, в месопотамской Эдессе куропалат Филарет Вахами сколотил свое войско и принял решение обороняться от сельджуков, не дожидаясь поддержки из Константинополя. В 1072-1073 гг. восстания прокатились по Болгарии, а катепан Дристры Нестор, отправленный подавлять восстание, сам присоединился к мятежникам, недовольным порядками Никифорицы. Затем кесарь Дука и командир наемников Руссель подняли восстание в Малой Азии. Турки-сельджуки, нанятые Константинополем, подавили выступление, но одновременно покорили часть регионов Византии. В 1077 г. на территории, отвоеванной у ромеев, сельджуки создали Иконийский султанат со столицей в Иконии (совр. Конья). В это же время печенеги жгли предместья Константинополя, а папа Григорий Седьмой без особого успеха обратился к западным владыкам за помощью в освобождении христианских земель от «язычников». В 1077 г. поднял мятеж крупный полководец Никифор Вриенний, его брат Иоанн осадил столицу с суши. Из наемников с императором оставались варяги и печенеги, на море — флот. Защита города была поручена будущему василевсу Алексею Комнину и брату императора Константину. Потерпев ряд поражений, Вриенний отступил в Адрианополь, но одновременно возмутился Никифор Вотаниат, которому оказала поддержку и часть столичной аристократии. При этом Алексей Комнин предлагал автократору немедленно напасть на Вотаниата, лагерь которого располагался на боспорском побережье, но Михаил пропустил удачный момент.

25 марта 1078 г. Михаил Сельмой был низложен. Император даже не пытался бороться за власть, он просто принял постриг и впоследствии стал митрополитом Эфеса. Василевсом стал Никифор Вотаниат, который причислял себя к роду Фок. Новый правитель сразу казнил ненавистного всем Никифорицу, однако следом возвысил двух не менее отрицательных персонажей — «скифов» (т.е., скорее всего славян) Борила и Германа.

Пытаясь заручиться поддержкой различных слоев нобилитета он принялся раздавать казну всем, кому возможно — войску, чиновникам, церкви, однако такая «щедрость» привела к тому, что казна опустела, а время правления этого императора буквально утонуло в мятежах крупной землевладельческой знати. Вриенния, с которым не удалось договориться, разгромил Алексей Комнин. Однако именно тогда восстал и стратиг Диррахия Никифор Василаки, захвативший Фессалоники. Летом 1079 Константин Дука возмутил отряды, стоявшие на восточном берегу Боспора. В конце концов сами гвардейские части выдали Дуку императору. В 1080 в Никее поднял мятеж Никифор Мелиссин, который призвал на помощь сельджуков. В феврале 1081 г. двое лучших полководцев империи Алексей и Исаак Комнины выступили против василевса. В конце марта Алексей Комнин, объявивший себя императором, осадил Константинополь, при этом перед решающим штурмом он подкупил немцев, стороживших Харисийские ворота, и те при проникновения солдат Комнина в город начали стрелять из луков и арбалетов в спину воинам Вотаниата. В городе начались грабежи и бесчинства. Отец одного из сподвижников Георгия Палеолога, Никифор, в отличие от сына занимавший сторону василевса, предлагал воспользовавшись услугами Мелиссиноса победить одного мятежника силами другого. Однако флот, который был отправлен против последнего, отказался выполнять приказ. Борил вывел на площадь наёмников, оставшихся единственной боеспособной силой и убеждал императора молниеносно напасть на врагов и разгромить их, воспользовавшись замешательством. Однако патриарх Косма, желая остановить кровопролитие, убедил Никифора начать переговоры с Алексеем. В результате последнему было предложено передать всю полноту власти с тем, что Вотаниат удовлетворился бы лишь ношением императорских одежд, однако кесарь Иоанн Дука заявил послам, что василевсу надо бы сейчас подумать не о сохранении условной власти, а о собственном спасении. После такого ответа Вотаниат отправился в Св. Софию. Борил, заметивший на императоре красивую накидку, сорвал ее с беззащитного господина. Принимая постриг, Вотаниат заявил, что единственное, что достойно его сожалений с потерей власти и принятием монашеского сана — отказ от мяса.

Новый император, ставший основателем династии, с которой будет связан последний в истории взлет Византийской империи — династии Комнинов, получил жуткое наследство. Армия, ремесла, финансы, торговля, административное управление — все лежало в руинах. Турки, которых призвал Мелиссинос, захватили почти всю Малую Азию с городами Никея и Пруса. С севера грозили печенеги, а в Италии Роберт Гвискар готовил нападение на Диррахий. При этом охотников до короны вокруг трона было немало, тяга к заговорам и переворотам среди византийского нобилитета превратилась почти в манию.

С Мелиссиносом в конце концов удалось уладить конфликт, отдав ему во владение Фессалоники. С сельджуками был заключён мир, также как с Венецией и правителем Священной Римской Империи Генрихом Четвертым.  Заручившись таким дипломатическим прикрытием, Алексей двинулся на Диррахий. 18 октября 1081 г. Алексей Комнин атаковал норманнов и сначала гвардия из варягов, русичей и англосаксов обратила врагов в бегство, но благодаря наложнице Гвискара Гаите, поднявшей рыцарей в контратаку, ход сражения удалось переломить. Жупан Зеты, находившийся в союзе с византийцами, не вступил в сражение. Разгром был полный, ромеи отступили, а Диррахий пал, немалую роль сыграл и тот факт, что местные славяне охотно помогали норманнам, так как рвались освободиться от ромейского налогового бремени. Двигаясь на восток, захватчики разорили Эпир, Македонию, часть Фессалии, но удача изменила им довольно быстро. Император прибегнул к тому, же чему некогда пришлось прибегнуть и Ираклию — для расчета с наемниками  были конфискованы церковные богатства, союз с венецианцами был упрочен посредством предоставления им широких торговых привилегий. В качестве тактических приемов были применены изготовление стальных шипов, которые разбрасывались на пути норманнской конницы, войска вооружались большими дальнобойными луками. Венецианский флот наносил норманнскому поражение за поражением, также как искусный дипломат Алексей поддерживал многих противников Гвискара в Италии. В это же время последнему пришлось решать дела на Апеннинах, а его сына Боэмунда Алексей окружили и разгромили под Ларисой в Фессалии в 1083 г. Только через два года Гвискару удалось, вернувшись на Балканы, нанести поражение венецианско-византийской эскадре, но в 1085 г. он умер, а Алексею удалось окончательно вытеснить норманнов из владений Византии на Балканах.

Однако это не означало решения всех проблем. Набеги кочевников в на Фракию становились все более и более разрушительными. Пытаясь отразить одно из таких нападений, в 1086 г. погиб фаворит императора Георгий Вакуриани. Годом позже восьмидесятитысячная орда печенегов перешла Дунай по льду, их удалось отбросить, но ненадолго. Пытаясь захватить завоеванную ими Дристру, в 1088 г. Алексей потерпел поражение и был вынужден бежать без остановки до крепости Голои.

К началу 90-х беда подошла и к стенам столицы. Эмир Смирны (совр. Измир) Чаха, с которым не мог совладать даже его сюзерен иконийский султан, разбил византийский флот, захватил Фокею и Клазомены. Печенеги вышли к Босфору и начали вести переговоры о совместном нападении на Константинополь с турками. В этой отчаянной обстановке император обратился с письмом к западным владыкам, расписав самыми яркими красками бедствия. Однако на этом этапе просьба осталась без реакции.

В конце концов ромеям удалось купить мир с Чахой и отколоть от печенегов их союзников — половцев. Зимой 1091 печенеги были разбиты, но весной того же года атаковали снова. 29 апреля византийское воинство при участии нескольких сотен конных рыцарей из Фландрии нанесло им полное поражение. При этом ночью византийцы, опасаясь, что они не смогут удержать в повиновении такую массу людей, вырезали всех пленных печенегов, а половцы, убоявшись такого вероломства и жестокости, бежали, даже не взяв причитающейся им платы.

После укрепления своих позиций на Балканах Византия постепенно начала переходить к контратаками на восточном направлении. Алексей избегал крупных сражений, но атаковал турок небольшими группами, разрушая их крепости, либо занимая их своими контингентами. Чаха был разгромлен Иоанном Дукой. Граница империи медленно, но неуклонно продвигалась на восток.

Начало крупных военных успехов Алексея Комнина совпадает со стартом 1-го крестового похода. В октябре 1095 г. папа Урбан Второй призвал западных христиан отобрать у «неверных» Гроб господень. Уже летом следующего года в Константинополе появились первые отряды крестоносцев — первоначально крестьян, которые не дождались выступления войска феодалов. Эта нестройная толпа, отличившаяся грабежами, бесчинством и мародерством была переправлена во главе с их лидером Пьером Амьенским в Малую Азию, где была наголову  разгромлена турками в первом же сражении под Никеей.

Первые отряды крестоносцев-феодалов начали прибывать в Константинополь в конце 1096 г. Отношения между византийцами и крестоносцами с самого начала сложились непростые. Перед Алексеем стояло две задачи — не допустить грабежей и мародерства в Константинополе и принудить к ленной присяге всех лидеров крестового похода на все владения Византии, которые они отвоюют на востоке. И ему блестяще удалось выдержать этот экзамен. Достаточно отметить, что даже Боэмунд, сын грозного Роберта Гвискара, присягнул на верность императору. 

Весной 1097 г. византийцы и крестоносцы захватили Никею, при этом Алексею удалось удержать рыцарей от грабежа и сбора трофеев в городе и, хотя из-за этого дальнейшие отношения с лидерами крестового похода были осложнены, крестоносцы оказали очень серьезную помощь во взятии Лаодикии, Сард,Эфеса, юго-запада Малой Азии и других регионов. В 1099 г. пал Иерусалим, все крестоносные княжества Сирии и Палестины признали протекторат Византии кроме Боэмунда в Антиохии, который, будучи сыном Роберта Гвискара, был заклятым врагом ромеев. После того как Боэмунда взяли в плен мусульмане, разбив его войска под Харраном в 1104 г., Алексей отобрал у него все города Киликии. Выйдя на свободу, Боэмунд, намереваясь отомстить ромеям, высадился у Диррахия в 1107 г., но ромеи были уже куда сильнее, чем при его отце и Боэмунд был окружён и сдался. В 1108 г. Антиохия была признана протекторатом Византии.

Именно комниновская Византия приобретает черты феодальной монархии и постепенно утрачивает ряд схожестей со старой Римской Империей. Исчезает ряд древних титулов, таких как куропалат, новесиссим, патрикий, антипат, а оставшиеся становятся прерогативой Комнинов или их ближайшего окружения и связанных с ними фамилий — Дук, Палеологов, Ангелов, Мелиссинов и т.д. В руках этих кланов оказывается армейское управление, в то время как представители других фамилий  могут довольствоваться гражданской карьерой или оказываются на второстепенных должностях в армии. Вертикальная мобильность византийского общества сократилась и страна стала иметь куда больше общего с строем феодальной Европы, чем с Древним Римом.

Была упрощена сложная бюрократическая система, чиновничий аппарат был сокращен, а для общего управления была учреждена должность великого логофета. Началось привлечение иноземцев в армию, также была утверждена система пронии. В частности, император жаловал некую часть своего домена в пользование прониару с условием непременной службы императору.

Постепенно страна начала возрождаться — отстраивались города, развивались ремесла и торговля. Также именно в ту эпоху окончательно канул в прошлое такой анахронизм как рабы.

Церковная политика отличалась жесткостью, патриархи и епископы, противящиеся решениям василевса, смещались со своих постов, разгонялись движения, считавшиеся еретическими, например, зародившееся в Болгарии движение богомилов. Но мятежи были частым явлением, а в понтийском Трапезунде Феодор Гаврас основал полунезависмую вотчину Гаврасов-Таронитов.

В конце жизни Алексей Комнин сильно страдал от ревматизма и едва ли вставал с ложа, но в 1116 г. это не помешало ему возглавить поход против сельджуков, завершившийся победой византийцев над турками при Филомелионе (совр. Акшехир), которая стала частичным реваншем после Манцикерта, вернув ромеям влияние в части областей Малой Азии. Летом 1018 г. Алексей Комнин скончался, передав трон своему сыну Иоанну.

Византия (12-13 века)

Иоанн Комнин продолжил дело отца, укрепляя империю ромеев. За свое поведение и принципы, а также воздержания от насилия по возможности, он получил от подданных прозвище Калоиоанн, то есть «прекрасный Иоанн». Именно этому василевсу довелось нанести решающее поражение врагам Византии — печенегам. В 1122 г. те попытались вторгнуться в пределы империи. Штурм импровизированного лагеря из повозок и кибиток не давал результатов, и в конце концов ограду из повозок раскрошили своими секирами варяжские наемники, битва была выиграна и победа, ставшая последний и решающей над давними врагами печенегами, ещё очень долго отмечалась ромеями как праздник. Тогда жев Иоанн поссорился с венецианцами, алчность купцов которых не знала пределов, но после ряда поражений на море Византия была вынуждена признать победу противника. Но в 1124 ему удалось отразить нападение сербского князя Рашки и отбить нападение венгерского короля Стефана в 1128. В 1130 г. королем Сицилии стал Роже Второй, сын Роберта Гвискара, но этого врага удалось нейтрализовать посредством дипломатических мер.

В Малой Азии же граница медленно, но верно отказывалась к востоку. В 1133 г. были взяты важные крепости Кастамон и Гагра, в 1135 было разгромлено ополчение иконийского султана и захвачено множество киликийских городов. Князь Антиохии Раймунд и король Иерусалима Фульк выпрашивали помощи ромеев и уже в 1137 г. в союзе с ними осаждали Алеппо. Двумя годами спустя была сделана попытка овладеть Неокесарией, но из-за предательства брата императора, севастократора Исаака, она сорвалась. Немалую роль в неудаче сыграло и безрассудство наследника престола Мануила Комнина, который затеял битву без разрешения отца, за что и был впоследствии им выпорот.

При Иоанне Комнине была проведена реформа флота, который стал полностью наемным, остатки элементов фемного строя навсегда канули в прошлое. После ранения Иоанна в апреле 1143 г. на охоте и его последующей смерти императором стал его младший сын Мануил Комнин. По своему характеру и привычкам новый император скорее напоминал западного рыцаря, чем греческого василевса. Он был любителем веселых пиров, турниров, музыки, галантным кавалером, обладал немалой личной удалью. В бою Мануил поймал за волосы турецкого стрелка, пустившего в василевса стрелу и привел его так в ромейский лагерь. Впрочем, историки характеризуют его как отличного воина, но посредственного полководца. При этом император был человеком образованным, написал целый трактат в защиту астрологии, хорошо знал врачебное дело и хирургию. В 60-е гг. он планировал церковную унию, но эта идея провалилась в первую очередь из-за неприязни ромеев к подобной идее. При этом он вел споры с патриархом Михаилом Третьим и на диспутах присутствовали многие образованные личности того времени, такие как митрополит Афин Михаил Хониат и его брат историк Никита, митрополит и историк Евстафий и многие другие.

Велось усиленное строительство. Для улучшения экономической ситуации Мануил Комнин привлекал в империю большое количество венецианских купцов, но при этом всегда относился с большой осторожностью к «франкам». Именно в период его правления предпринимались попытки Византии вернуть свое влияние в Италии.

Были реформированы суды и армия — катафракты Мануила приблизились по вооружению и амуниции к западным рыцарям. Во внешней политике работал принцип «разделяй и властвуй», а в методах страна вернулась к политике времён Иоанна Цимиски и Василия Болгаробойцы. В борьбе против центробежных устремлений дважды (в 1158 и 1170 г.) была запрещена кому-либо продажа земли кроме стратиотов и членов синклита, также в 1158 вышла новелла против расширения монастырских угодий.

В 1143 г. антиохийский князь Раймунд организовал нападение на города Киликийской Армении, но потерпел ряд поражений и был вынужден прибыть в Константинополь и покаяться в неудачной авантюре над гробом Иоанна Второго. В 1147 г. половцы перешли Дунай и заняли крепость Деменчик. По реке их преследовал византийский флот, ромеи настигли кочевников недалеко от Галицкой земли и разгромили их. С этого момента набеги этих степняков пошли на убыль, а после 1160 г. прекратились вовсе.

На время правления Мануила выпал Второй Крестовый поход, во главе которого встали французский король Людовик Седьмой и германский император Конрад Третий. На сей раз крестоносцы, передвигаясь по землям Фракии, предавались мародерству и грабежу, доходило дело и до прямых стычек с войсками Мануила. Мануил предложил Конраду переправиться через Геллеспонт минуя столицу, но тот избрал путь через Босфор, за немцами последовали и французы. Желая избежать скопления рыцарей в столице, греки распустили слухи о невиданных успехах немцев на востоке и Людовик заторопился в Малую Азию, опасаясь опоздать к дележу добычи. Реалии были другими — немцы потерпели несколько поражений, за ними были разгромлены и французы, попытка взять Дамаск окончилась неудачей. В результате на провалах крестоносцев сыграл и Мануил — его положение было упрочено, а турки передали империи ромеев несколько важных крепостей.

В 1147 от империи попытался отложиться остров Керкира. Осада, предпринятая объединенным греко-венецианским флотом, привела только к стычкам между греками и итальянцами, и лишь прибытие императора в 1149 г. позволило сгладить острые углы и снова взять Керкиру под власть константинопольского престола. Были приведены к покорности сербы, а затем император (по матери венгр) начал кампанию против венгерского короля Гейзы Второго. В 1167 г. полководец Андроник Кондостефан одержал над мадьярами победу и на несколько десятилетий Далмация и Хорватия оказались под властью Византии. 

В 1154 г. началась кампания в Италии. В 1156-1157 гг. ромеям удалось захватить многие города, в том числе Бари и Трани. Однако затем удача изменила грекам, попытка захватить Бриндизи в 1157 г. закончилась крахом. В конце концов императору удалось добиться куда больших успехов на дипломатическом поприще, был подписан мир с норманнами и даже заключен союз против правителя Священной Римской Империи Фридриха Барбароссы. 

Однако на Востоке разворачивались ещё более важные события. Именно правлением Мануила датируется последняя попытка Византии вновь превратиться в великую державу востока и запада. В 1158-1159 гг. василевс предпринял поход в армянскую Киликию, вскоре перешедшую под протекторат византийцев. Антиохийский князь Рено в знак повиновения явился в лагерь ромеев с петлей на шее, иерусалимские короли просили протектората Константинополя, а Амальрик, преемник Балдуина, признал Византию своим сюзереном. В 1161 г. союз с крестоносцами был укреплён браком Мануила с Марией, дочерью покойного Раймунда Антиохийского. В 1168 году ромеи в союзе с крестоносцами осадили Дамиетту, однако ряд различных организационных трудностей стал причиной неудачи предприятия. На трон Рашки Мануил посадил Стефана Неманю, получив взамен от него кое-какие спорные земли и, несмотря на то, что тот восстал через пять лет, после подавления мятежа принес новую клятву верности императору и сохранял ей верность до конца жизни последнего.

Поход на владения сельджуков, который был организован во имя восстановления власти Византии на востоке, начался в 1176 г. Это была самая крупная византийская армия, которая маршировала по этой местности со времён Манцикерта. Отстроив крепость Дорилей, Мануил приказал двигаться прямо на Иконий. Колонна ромейских войск с осадной техникой и обозами настолько растянулась, что четыре часа пешего пути отделяли голову от хвоста. В центре обоз защищали лучшие полки с шурином императора Балдуином и тяжёлой греческой кавалерией. Передовыми полками командовали Иоанн и Андроник Ангелы и один из лучших полководцев императора Андроник Лапарда. В районе ущелья Циврица недалеко от развалин замка Мириокефал это большое войско, продвигавшееся вперёд без надлежащей разведки местности, было внезапно атаковано и разрезано на три части силами иконийского султана Кылыч-Арслана. Хотя Кондостефану и Лапарде удалось вырваться из окружения, средняя часть войска, где находились латники Балдуина, рабочие артиллерии, обозники, наемники и основная часть армии, оказалась избиваема в узкой теснине, где невозможно даже было выстроить отряды к бою. Погиб Балдуин и все его отборные рыцари. К концу дня император остался в одиночестве, неизвестный турок пытался увести его в плен, но обессилевший Мануил так хватил его древком по голове, что тот свалился замертво. Сражение закончилось поражением византийцев, но те дорого продали свои жизни — сельджуки не смогли продолжать битву, а Кылыч-Арслан уже на следующий день согласился на мир, потребовав лишь срыть Дорилей.

Поражение при Мириокефале полностью подорвало владычество Византии в Малой Азии. Теперь на восточных рубежах государство ромеев могло лишь обороняться. Завоевания двух первых Комнинов пошли прахом. Историки сравнивали битву при Мириокефале по трагичности исхода и последствий с Манцикертом.

В том же году армия римского папы, сицилийского короля и ополчения итальянских королей нанесла поражение войскам Фридриха Барбароссы в битве при Леньяно. Через год враждующие стороны смогли договориться в ходе конгресса, состоявшегося в Венеции. Теперь разногласий, на которых столько лет могли играть византийские императоры, более не существовало. Политика ромеев в Италии зашла в тупик, а венецианский конгресс нанес им ущерб, соизмеримый с последствиями битвы при Мириокефале. После этих двух роковых для Византии событий Мануил Комнин отошёл от политики, предавшись занятиями астрономией. После его смерти в 1180 г. по словам Евстафия Солунского, «погибло все, что оставалось целым у ромеев, и всю нашу землю окутал мрак, как бы при затмении Солнца». Сменивший его сын от второй его супруги Алексей Второй Комнин управлялся массой людей, которые находились у трона — матерью, императрицей-регентшей Марией Антиохийской и ее фаворита протосеваста Алексея Комнина, племянника Мануила. Последние потворствовали иноземцам зачастую в ущерб интересам Византии, что вызывало ненависть и отторжение в византийском обществе. Мария Антиохийская и Комнин задавали тон при дворе, в то время как столичную оппозицию возглавляли дочь Мануила Первого, тоже Мария, и ее муж кесарь Раймунд Монферратский. Из Пафлагонии через своих сыновей, сделавших карьеру при дворе, влиял на ситуацию также и известный интриган будущий император Андроник Комнин. Зимой 1181 г. на протосеваста было запланировано покушение, но даже после раскрытия заговора никто из заговорщиков не был казнён вследствие огромной их популярности. Тем не менее, продолжился развал государственного аппарата, расхищение казны и дальнейшее приведение дел империи в плачевное состояние. Венгерский король Бела Третий отбил у империи навсегда далматинские города.

На Пасху 5 апреля 1182 г. Мария Комнина и ее муж бежали в Св. Софию, где потребовали от патриарха свержения протосеваста. Одновременно к Константинополю приближались пафлагонские войска во главе с Андроником Комнином. 2 мая начались уличные бои, вылившиеся также и в стихийный погром латинских кварталов — были перебиты даже больные католического госпиталя. Уцелевшие «франки» были вынуждены бежать из города, разнося весть о резне и призывы отомстить. На десять месяцев власть перешла к синклиту, а затем Андроник Комнин вошёл в город и был коронован. Императрица Мария была приговорена к казни и приговор собственной матери подписал Алексей Второй. Позже и он сам по приказу Андроника был удавлен тетивой от лука.

Младший брат Мануила Андроник Комнин был несомненно человеком талантливым, но направить свою созидательную энергию в нужное русло было ему не по силам. Император сродни своему брату отличался почти рыцарской дерзостью и рыцарскими же привычками, отличался тягой к авантюрам. При этом и сам его жизненный путь был прямо-таки испещрен интригами, несколько раз ему пришлось бежать из Византии, но оба раза он был прощен братом. Придя к власти, император, будучи прекрасным актером, некоторое время носил личину смирения, однако через некоторое время показал свой истинный характер и намерения. Многие из чиновников, заподозренных в нелояльности, получили отставку. Были резко снижены расходы двора, которые так раздулись в период правления Марии Антиохийской. В поисках злоупотреблений крупных вельмож и знати император опирался на чернь и крестьян. Жалование чиновников увеличилось, однако ужесточились также и меры наказания проворовавшихся. Это дало результаты, судя по отзывам византийских хронистов. Было отменено «береговое право», позволявшее динатам грабить любой корабль, потерпевший кораблекрушение в их владениях. Торговля, промышленность и ремесла, вконец захиревшие, возродились. При этом Андроник Комнин всегда был доступен любым «ходокам», добившимся до дворца с просьбами или жалобами.

Такая политика императора привела к тому, что бунты недовольной знати начались сразу же. Зимой 1184 г. восстали малоазиатские города Филадельфия, Никея и Лападий, а восстание возглавили самые видные люди империи Андроник Лапарда и представители семьи Ангелов. В ответ император не гнушался никакими мерами — во время осады Никеи для того, чтобы осажденные не могли поджечь таран, он распорядился посадить на него мать Ангела Ефросинью. Также были развязаны жесточайшие репрессии против аристократии — тюремные заключения, обезображивания, ослепления и другие кары сыпались как из рога изобилия. 

Вскоре, как это часто и случается в истории, гонения распространились и на простой народ, причем самодержец сочетал в себе по словам хронистов, энергию Юстиниана и свирепость Фоки. Доносы стали одной из наиболее распространенных черт этого периода.

В конце концов падение этого правителя, чей приход к власти был полон ожиданий, которые впоследствии не оправдались, предопределили события 1185 г. в Фессалоники. Под руководством графа Танкреда осенью этого года норманны взяли второй по значимости город империи, разграбив его, вырезав множество мирных жителей и подчистую разграбив множество сокровищ и святынь города. Именно тогда, как считают некоторые исследователи, из базилики Св. Димитрия исчезли его мощи — мощи покровителя города Димитрия Солунского. Андроник не почувствовал перемены настроений и, распорядившись готовить войска к выступлению, отправился развлекаться за пределы Константинополя. 12 сентября в результате совершенно стихийного переворота власть захватил Исаак Ангел. Начальник дворцовой стражи Стефан Агиохристофорит, относившийся с подозрительностью к Исааку Ангелу, услышал предсказание астрологов, что опасность для власти в этом году будет исходить от человека, чье имя начинается с букв «и» и «с» и попытался его арестовать. Исаак, недолго думая, зарубил Агиохристофорита мечом и бежал в Св. Софию искать убежища и защиты, что вылилось в восстание. Андроник пытался прорваться к дворцу, но варяжская стража императора была перебита, сам он пытался скрыться на корабле, переодевшись киевским купцом и захватив с собой любимую наложницу-флейтистку Агнессу, но по дороге его застала буря. Корабли, посланные за ним, догнали его и Андроник был доставлен в Константинополь. Комнину выкололи глаз, отрубили кисть руки и бросили на несколько дней в темницу без пищи и воды. Затем его голым посадили на облезлого верблюда и под проклятия толпы, сопровождающиеся оплевыванием и забрасыванием бывшего императора камнями и нечистотами, провезли по городу. На ипподроме его подвесили за ноги и начали ещё более жестоко издеваться над ним. В конце концов, когда в агонии он поднес ко рту отрубленную руку, которая закровоточила, послышались комментарии:»Смотрите, он и перед смертью хочет напиться крови».

Но жестокая правда заключалась в том, что последний шанс спасти Византию и вернуть её к положению, близкому к державе, которой некогда правили Юстиниан и Василий Болгаробойца, был потерян именно в момент расправы над Андроником Комнином. Два десятка лет упадка, который был вызван как рядом внешних и внутренних причин, так и правлением столь же жестоких, но намного менее талантливых императоров привели страну к катастрофе, от которой ей никогда уже не было суждено оправиться.

Новый император оказался ярым любителем роскоши, мотом и личностью, лишенной совести. Убить, предать, нарушить слово, организовать тайное убийство было для василевса обычным делом. Каждый пир императора «представлял собой горы хлеба, царство зверей, море рыб и океан вина», василевс никогда не надевал дважды одного хитона.

В государственных делах василевс принимал участие постольку поскольку, за него государством управляли временщики и вся византийская система очень скоро утонула в коррупции. Должности продавались как на рынке, монета обесценивались, император сорил деньгами, раздавая их налево и направо нищим и возводя ненужные пышные и помпезные здания. Тяжёлые последствия давала склонность императора обращаться к различным астрологам, магам, гадателям и откровенным шарлатанам, среди которых выделялся патриарх Досифей, одно время вопреки правилам восточной церкви занимавший два престола — константинопольский и иерусалимский. 

Во время вступления на престол Андроник обещал отменить смертную казнь, но своего обещания не сдержал, да и в целом человеческую жизнь он не ценил — в 1190 г., попав в Болгарии в засаду, василевс приказал пробивать себе дорогу мечами в толпе своих воинов. Сначала Исааку Комнину везло — армия, подготовленная ещё Андроником, нанесла поражения норманнам при Димтрицы и при Мосинуполи, графы Ричард и Балдуин, стоявшие во главе войска захватчиков, попали в плен. Женитьба на дочери короля Венгрии Белы Третьего немного помогла наладить отношения с мадьярами. Но в 1186 г. под предводительством братьев Иоанна, Петра и Асеня восстала Болгария и на следующий год византийцам пришлось фактически признать ее независимость. Достижения эпохи Василия Болгаробойцы сошли на нет.

На Востоке пока царило относительное спокойствие — вследствие распрей в Иконийском султанате и занятости знаменитого Салах-ад-Дина (Саладина) с крестоносцами там было не до конфликтов с ромеями. В 1187 г. потерпели полное поражение войска иерусалимского короля. Через некоторое время в Европе начался сбор войск Третьего крестового похода. Его возглавили французский король Филипп Второй Август, король Англии Ричард Первый Плантагенет (Ричард Львиное Сердце) и германский император Фридрих Первый Барбаросса. Последний к Византии относился с неприязнью и заключил дипломатическое соглашение с иконийским султаном, в ответ ромеи расположили к себе Саладина, чем разозлили крестоносцев. Двигаясь через Малую Азию, Фридрих Барбаросса брал с боем и византийские города. После его гибели вражда между византийцами и крестоносцами усугубилась — в 1192 г. Ричард Первый захватил Кипр, заковал в цепи самозваного местного правителя Исаака Ангела Кипрского, который фактически отделился от Византии ещё при Андронике, и передал новое владение иерусалимскому правителю Ги де Лузиньяну.

Война в Болгарии продолжалась. В 1190 г. император потерпел поражение при Верии, к 1193 г. оттеснил врагов за Софию, но спустя год был разбит под Аркадиополем. По ложному обвинению в заговоре император приказал ослепить своего кузена талантливого полководца Константина Ангела и болгары, узнав это, ликовали, так как о лучшем подарке судьбы не могли и мечтать.

Рука об руку с военным поражениями шли и внутренние неурядицы. Торговля разваливалась под гнетом привилегий, которыми пользовались итальянские купцы, западные товары, уступающие в цене византийским, также начали превосходить их и в качестве, знать поднимала мятежи, бушевали и церковные распри.

Весной 1195 г. Исаак Ангел отправился в очередной поход против болгар и во время службы в одной из церквей местный юродивый в присутствии василевса стал палкой отскабливать глаза на изображении императора на одной из фресок. Предзнаменование оказалось роковым и во время стоянки в Кипселах вельможи взбунтовали войска, императором был объявлен старший брат Исаака Ангела — Алексей. После неудачной попытки укрыться в одном из монастырей бывший император был задержан, доставлен в Константинополь, ослеплен и заточен в темницу. В 1203 г. волею перипетий судьбы ему было суждено вернуться на трон, но второй период его правления он уже не влиял на государственную политику, а окружил себя гадателями и астрологами, страсть к которым на старости лет приобрела характер мании. Довольно скоро он был свергнут Алексеем Пятым и, не вынеся своего второго падения, умер. 

Впоследствии в Византии удивлялись не тому, как настолько неподходящий человек целых десять лет занимал трон империи ромеев, а тому, что из рода Ангелов этот император оказался не самым худшим.

Собственно, Алексей Третий Ангел с самого начала в глазах византийской общественности потерял легитимность, так как все помнили об ослеплении его родного брата Исаака Ангела. Клятвопреступления, тайные казни и откровенное вымогательство были обычным делом для императора. Притчей во языцех стал рейд боевой эскадры флота для грабежа торгового каравана, который шел в Амис. Были разграблены в том числе и корабли купцов иконийского султана и между империей и сельджуками началась война. Доходило до смешного — начальники тюрем по ночам выпускали своих «подопечных»на промысел, а утром те делились с ними добычей, муж одной из сестер императрицы вместе с друнгарием флота пустили с молотка всю материальную часть, включая заклёпки, паруса и канаты.

На внешнеполитическом поприще Византия терпела унижение за унижением. Генрих Шестой Гогенштауфен, сын Барбароссы потребовал вернуть норманнам все земли от Диррахия до Фессалоники, угрожая войной, обещанием дани удалось умиротворить врага, но денег в разоренной Ангелами казне не хватило, чтобы расплатиться. Попытка ввести специальный налог для жителей Константинополя, чтобы рассчитаться, привела к социальному взрыву, от мысли такой отказались и изыскали необходимую сумму в золоте, ограбив захоронения предыдущих императоров. После смерти Гогенштауфена на смену ему пришли другие вымогатели — венецианский дож Энрико Дандоло и папа Иннокентий Третий. Оба они оказывали на василевса постоянное давление, грозя в случае неповиновения оказать помощь Исааку Ангелу и его семье. Эмир Анкиры (совр. Анкара) Моэддин разорял Пафлагонию. В 1196 г. в Болгарии у власти оказался царь Калоян, получивший прозвище «ромеобойца» и принесший клятву расквитаться с византийцами за деяния Василия Второго. Так, во время взятия Варны пленных ромеев было приказано живьём закопать в землю. С Болгарией был заключён тягостный для Византии мир.

В 1197-1198 гг. в Европе началась подготовка Четвертого крестового похода. В 1201 г. «воины Христа» заключили договор с венецианцами, однако по прибытии рыцарей в следующем году в Венецию выяснилось, что собранной ими суммы не хватает, чтобы заплатить за зафрахтованные корабли. Тогда венецианцы предложили им разорить город Задар (Зара), который был конкурентом республики Св. Марка на Далматинском побережье. В ноябре 1202 г. Задар был взят и разгромлен, а в феврале 1203 в лагерь крестоносцев прибыл Алексей, сын свергнутого Исаака Ангела и предложил лидерам похода во главе с Бонифацием Монферратским огромную сумму денег как плату за то, что ему и его отцу будет возвращена власть. В июле 1203 г. крестоносцы окружили Константинополь и Алексей Третий бежал, захватив с собой любимую дочь и огромную сумму в золоте. В августе 1203 г. Бонифаций оттеснил императора в Мосинополь. Впоследствии на некоторое время он оказался заточенным в темницу, но в дальнейшем долго не прекращал попытки вернуть власть, пока не был разбит силами императора Никеи Феодора Ласкариса и сослан в монастырь, где и умер.

Новый император Алексей Четвертый Ангел, ставший соправителем вышедшего из темницы отца, сразу снискал общее презрение — византийцев раздражало его преклонение перед латинянами, алчности и одновременно безволие. Для уплаты долга крестоносцам все население столицы, включая церковный клир, было обложено дополнительными налогами. 22 августа 1203 г. начались стычки между византийцами и латинянами, которые привели в пожару, уничтожившему огромное количество лавок, складов, погибли ремесленные кварталы и сотни людей. И без того пребывающей не в блестящем состоянии константинопольской торговле был нанесен сокрушительный удар. Осенью, когда крестоносцам не была выплачена и половина причитающейся им суммы, Алексей начал хитрить и увиливать от осуществления дальнейших платежей, что разозлило латинян. Рыцари были недовольны также и отвратительным содержанием своего войска, а когда греки заявили им, что полная выплата осуществлена не будет, отношения накалились до предела. Была предпринята попытка сжечь брандерами флот крестоносцев. В результате Ангелы оказались между молотом и наковальней, балансируя между народным гневом и крестоносцами, которым ромейская хитрость и необязательность также стояли поперек горла. Начались волнения и тогда Алексей Четвертый решил снова пойти на поклон к Бонифацию Монферратскому, обещая отдать ему город. На переговоры был отправлен Алексей Дука Мурзуфл, который рассказал о планах императора варяжской гвардии и Алексей Четвертый был смещен, а через некоторое время убит по приказу Алексея Дуки Мурзуфла, вошедшего в историю как Алексей Пятый. Незадолго до этих событий в Греции на территории древней Арголиды отложился от Константинополя и стал захватывать близлежащие земли архонт Нафплиона Лев Сгурос.

Новый император был решительным противником западных рыцарей. Он наотрез отказался выплачивать какие бы то ни было суммы по обязательствам Ангелов, а город начал готовить к осаде. Налогами, которые должны были пойти на военные цели, были обложены все представители знати. Вскоре император приказал напасть на отряды Генриха Фландрского, которые собирали провизию во Фракии, но фландрские фуражиры наголову разбили войско Мурзуфла, захватив палладиум Византии — древнее знамя с ликом Богородицы. В марте крестоносцы приняли решение штурмовать Константинополь, приняв в качестве формального casus belli убийство Мурзуфлом Алексея Четвертого, так как по меркам западного рыцарства убийство сюзерена ставило виновного вне закона. Вторая попытка сжечь брандерами флот крестоносцев снова оказалась неудачной. 

Решение штурмовать прекрасно укреплённый город, не знавший иноземных завоеваний с начала своего основания с огромным населением силами двадцатитысячной армии говорило либо об откровенном безрассудстве, либо о точном расчете, но в конечном итоге крестоносцам во главе с Бонифацием Монферратским и дожем Энрико Дандоло, который на момент взятия Константинополя достиг возраста 95 лет и уже совершенно ослеп, но оставался одним из искуснейших мастеров политических интриг своего времени, удалось воспользоваться в первую очередь внутренними раздорами Византии в условиях внешней опасности приведшими к трагическим последствиям. У ромеев наиболее боеспособным соединением являлись наемники, на оплату услуг которых у Мурзуфла не было денег.

Первые приступы рыцарей, которые с развернутыми парусами пошли 9 апреля 1204 г. на Морскую стену, удалось отбить с помощью «греческого огня», 14 апреля штурм продолжился. Ветром два судна крестоносцев «Пилигрим» и «Парадиз» навалило ветром на одну из башен квартала св. Петра. Вскоре пала ещё одна башня, затем крепостные сооружения начали падать под напором рыцарей одно за другим. Наемная гвардия в полном вооружении стояла в центре города и требовала у василевса денег, которых не было. Ночью император покинул столицу, знать гадала, кого из ее представителей короновать новым василевсом. На рассвете 13 апреля наемная гвардия сдалась, не получив денег. Город был захвачен и грабеж Константинополя продолжался три дня. Это действо остановилось лишь с лунным затмением, которое сочли дурным знаком. Три четверти награбленных сокровищ были переданы венецианцам в счёт оплаты долга, а четверть разделена между участниками похода, при этом обогатились практически все. Грабеж вызвал осуждение даже со стороны папы Иннокентия Третьего, написавшего рыцарям гневное послание.

Четверка коней, украшающая и доныне собор св. Марка в Венеции, напоминает именно об этих событиях — знаменитая квадрига некогда украшала константинопольский ипподром. Остальные бронзовые, серебряные или медные античные статуи Константинополя были переплавлены на монеты, либо вывезены, после чего их след теряется. 

Император Алексей не собирался сдаваться и попытался объединить усилия с другим аутсайдером — Алексеем Третьим, но тот, хотя и благоволил к нему сначала, впоследствии ослепил его, после чего последний попытался бежать в Малую Азию, но был схвачен крестоносцами и под предлогом наказания за убийство Алексея Четвертого был сброшен ими с высокой колонны.

После захвата Константинополя крестоносцами Византия навсегда прекратила свое существование как империя мирового масштаба. Буквально сразу же империя раскололась: в Эпире к власти пришли Ангелы, сформировавшие Эпирский деспотат, Фракию — латиняне, Лев Сгурос из Нафплиона распространил свою власть ещё и на Коринф. В Константинополе, который до 1261 г. станет столицей Латинской империи, воцарился Балдуин Первый, а после его пленения в битве с Калояном его брат Генрих, Бонифаций Монферратский основал Фессалоникийское герцогство, вассальное латинянам. На побережье Мраморного и Эгейского морей, а также части островов оседлали венецианцы, а в Адрианополе утвердился крупный греческий архонт Феодор Вранас, не потерявший влияния и при латинянах. Лев Гавала, бывший правитель Крита, образовал свой удел на Родосе, Феодор Манкафа захватил Филадельфию с окрестностями. Но самыми крупными образованиями на территории Малой Азии оказались Трапезундская империя, которую основали в далёком Понтосе внуки Андроника Комнина Алексей и Давид, и Никейская империя с центром в Никее, где закрепился в качестве правителя Феодор. Патриархом в той же Никее был избран Михаил Четвертый Авториан, который венчал на царство нового василевса ромеев, а именно под таким титулом Феодор Первый вступил на престол. Одной из клятв императора было очищение родной земли от захватчиков и борьба против латинян стала одной из его главных задач. Хотя первые успехи Никейской империи в реконструкции Византии были скромными, фундамент греческой реконкисты был заложен. 

Щедрые награды раздавались из богатого фонда опустевших владений погибших или перешедших к латинянам динатов. Снова вошёл в практику порядок «проний», на котором было построено войско новой империи — прослойка наемников сузилась, а основную часть армии составили прониары, служившие государству за обеспечение крупными земельными владениями.

Была создана система тройной линии охраны границ. Так, внешнюю линии составляли акриты, опиравшиеся на мощную систему крепостей и замков с сильными наемными гарнизонами, а третью линию образовывало сословие прониаров-катафрактов, которых называли каваллариями. Вспомогательные части артиллерии, пехоты и инженеров были наемными, но комплектовались как правило местным населением.

Государственный аппарат претерпел ещё большие сокращения по сравнению с эпохой Комнинов. Количество чиновничьих должностей было урезано и доведено до консистенции более жизнеспособной западной парадигмы управления. Великий логофет стоял во главе гражданского ведомства в то время как главой армии был великий стратопедарх. Оба могли заменять императора во время его отсутствия или болезни. Столичными частями наемной гвардии командовал т.н.»великий коноставл», производное от «коннетабль».

Никея довольно быстро укрепилась и как крупный культурный центр — в немалой мере благодаря тому, что большое количество представителей знатных византийских родов бежало сюда от владычества крестоносцев. Лишенная византийского ойкуменизма и универсалистских замашек, Никейская империя быстро превратилась в развитое, соответствующее духу времени греческое национальное государство, которое отличалось высоким уровнем самосознания и патриотизма, что не было присуще Византии в последние годы перед Четвертым Крестовым Походом. Хотя первоначально никейцы терпели неудачи, продвижение крестоносцев на восток было остановлено. Земля горела у западных рыцарей под ногами, война приобрела характер всенародной. Известный факт, что во время осады в 1212 году крепости Лентиан греки ели кожу со щитов и седел, но не сдавались, хотя ещё за восемь лет до этого представить себе подобное было невозможно. Император латинян Генрих Первый дошел до Нимфея и был вынужден заключить с Ласкарисом мир, выдав за него свою сестру принцессу Марию. 

Под чутким руководством этого человека Никейская империя довольно быстро стала сильнейшим государством Малой Азии. Сначала под ударами Ласкариса в союзе с латинянами пало царство Феодора Манкафа. Борьба с трапезунцами продолжалась ещё 10 лет. В 1205 г. Синадун, полководец «отроков с Понта», как называли Алексея и Давида Комнинов, спустился по горам Тавра и напал на Пафлагонию, но потерпел поражение. Ещё спустя два года понтийцы нападали на владения Никейцев ещё трижды, но терпели поражения и в ходе этих кампаний потеряли все земли к западу от реки Галис, включая Амастриду и Гераклею Понтийскую.

Очередное нестандартное деяние Ласкариса приходится на 1211 г. во главе всего двухсот каваллариев и восьмисот наемников император выступил против сельджуков и, хотя его люди почти все полегли в неравном бою, сам василевс убил в сражении султана Кей-Хюсрева, после чего сельджуки разбежались и более не тревожили пределов империи целых тридцать лет.

Трапезундцев не обескуражили поражения, которые они понесли ранее. Признав себя вассалами Латинской империи и получив таким образом ее поддержку, они продолжали нападения на никейцев, но в 1214 г. потеряли ещё часть западных земель. В середине 1210-х сельджуки разгромили Трапезундскую империю и она вышла из большой политики, существуя исключительно как периферия византийского мира вплоть до своего финала в 1461 г.

В 1219 г. Ласкарис предоставил итальянским купцам традиционные для них ещё с более ранних времён старые привилегии. После смерти императора в 1221 г. власть перешла не к его малолетнему сыну, а к его зятю, чьи способности полководца и государственного мужа не вызывали сомнений — Иоанну Дуке Ватацу. Тем не менее, братья покойного Алексей и Исаак не были согласны с выбором и бежали в Константинополь, вернувшись оттуда с войском латинян. Однако эта армия была разгромлена в битве при Пиманионе, а братьев Ласкарисов ослепили. Пиманионское сражение ознаменовало собой полный перелом в греческой Реконкисте — греки перешли от обороны к наступлению, в то время как их врагам все больше приходилось занимать оборонительную позицию. Сразу после этой победы Ватац захватил Лесбос, Самос и Хиос и даже начал готовиться к походу на Константинополь, но получил известие о восстании в Никее своего племянника Андроника Нестонга. Мятеж был быстро подавлен, Нестонг и его сообщники были оставлены в живых, но приговорены к различным видам членовредительства.

Реформы государственного управления привели к наилучшим результатам. Для изыскания средств к продолжению борьбы за объединение земель Византии император задействовал свой личный домен, выделяя в нем специальные «царские поместья». Новые методы хозяйствования и разумная налоговая политика дали прекрасный результат — выручки от продажи только лишь одних яиц Ватацу хватило для того, чтобы изготовить золотой венец для своей супруги.

Были предприняты меры для предотвращения утечки денег за рубеж. Не поощрялась покупка предметов роскоши иноземного происхождения, даже увидев своего сына в шелковой одежде, приведенной из-за границы, Ватац побранил его.

Эти меры привели к тому, что состояние империи многократно увеличилось в невероятно быстром темпе. За счёт внушительного притока жителей из регионов, которые подверглись нападениям сельджуков и латинян, население также выросло. Одновременно при Ватаце уделялось и огромное внимание образованию и именно тогда один из выдающихся философов средневековья Никифор Влеммид работал при дворе василевса. При том, что Никейский двор поддерживал обедневшее духовенство Антиохии, Иерусалима и даже Константинополя, но вмешательство церкви в дела государства пресекалось на корню. В 1232 г. император несмотря на сопротивление узких ортодоксов вступил в переговоры с католическим духовенством, желая оградить от гонений православных Латинской империи, которые не желали поклоняться Богу по западному обряду. После смерти патриарха Мефодия в 1240 г. патриарший престол оказался пуст на целых четыре года ввиду неимения подходящей фигуры, способной в перспективе занять его.

В 30-е гг. началось изгнание латинян с Балкан при том, что в Малой Азии от их владений почти ничего не осталось. В 1235 г. Иоанну Дуке Ватацу удалось утвердиться во Фракии, заключив союз с болгарским царем Иваном Вторым Асенем, тогда как другим его очень влиятельным союзником стал Фридрих Второй Гогенштауфен, который был заклятым врагом папства. И несмотря на то, что на море никейцы иногда терпели поражения от итальянцев, в целом флот окреп и также стал представлять из себя внушительную силу.

В 1240 г. «франки»захватили Цурул, но это был их последний успех. Далее Латинская империя только сокращалась, как территориально, так и в плане влияния. Иоанн Третий в основном брал врага измором, уклоняясь от решающих сражений. Влияние Никеи усиливалось и уже в 1242 г. Фессалоники вошёл в состав государства, а спустя четыре года император с огромной пышностью посетил этот город.

На Балканах в тот период происходила борьба всех против всех. В 1251 Михаил Второй Ангел из Эпирского деспотата напал на владения никейцев, но потерпел поражение и был вынужден признать себя вассалом Никейской империи. После этого успеха Ватац мог считать себя самым могущественным из государей Восточного Средиземноморья.

После смерти Иоанна Дука Ватаца в 1254 г. к власти пришел его сын, взявший фамилию по матери — Феодор Ласкарис. Новый государь отличался как образованностью, так и чрезвычайной подозрительностью и подверженностью клевете.

Это время характеризуется рядом войн с Эпирским деспотатом и болгарами, в ходе которых большая часть земель, завоеванных Иоанном была сохранена, но некоторые были и потеряны, особенно к концу правления императора. Михаил Болгарский отнял у Никеи ряд городов в Северной Фракии, а деспот Эпира – почти все западные ее владения до реки Вардар (совр. Аксиос) и захватил в одной из крепостей в плен полководца Георгия Акрополита. После смерти Феодора Второго к власти пришел Михаил Восьмой Палеолог, который стал основателем одной из последних двух династий, правивших Византией последние три столетия ее истории. Приход к власти сопровождался мощной кампанией, в ходе которой император обещал «возвысить церковь… достойнейших сановников украсить величайшими титулами; устроить справедливое решение всех дел в судах… почтить также ученость и людей ученых возвысить над другими; более всего любить войско и содержание воинов – пали ли они в битве или умерли дома, передавать их детям… не давать места наговорам, отменить по этому поводу поединки, отменить и [раскаленное] железо… (эпоха поздней Византии характеризовалась проникновением в быт и традиции и таких полуварварских обычаев, как «божий суд»). Гражданскую же жизнь оградить чуждым страха миром…» Первыми действиями императора стали щедрые подарки, пожалования и раздачи, которыми он стремился заслужить симпатии простого народа и подкупить знать. Были увеличены выплаты воинам, вышла амнистия отбывающим наказание.

Эти меры довольно сильно упрочили положение Палеолога, и как раз к этому моменту основному его сопернику — Михаилу Ангелу из Эпира удалось сколотить подобие коалиции. Константинопольский император Балдуин Второй держал нейтралитет. Сельджукский султан получил убежище при дворе Михаила, спасаясь как от происков соперников, так и от монгольских завоевателей. Также велась работа среди греков Константинополя, где звонкая монета никейцев постепенно покупала поддержку местной византийской знати. Весной брат императора севастократор Иоанн Палеолог выступил в поход против Ангела и добился того, что созданная им коалиция затрещала по швам. Осенью между Флориной и Касторьей состоялось решающее сражение, вошедшие в историю как битва при Пелагонии, в котором войска эпиротов были наголову разбиты. В конце года никейцы вступили в Арту, которая была столицей деспотата и их жестокость, проявленная при взятии этого города, привела к восстанию, но мир, который впоследствии Михаил Ангел был вынужден заключить с соперниками, был крайне невыгоден для него. 

В 1260 г. никейцы захватили Селимврию и провели рекогносцировку во Фракии и, хотя территория Латинской империи теперь просматривалась с башен стен ее столицы, на штурм Палеолог пока не решился, уведя войска в Малую Азию. Для обеспечения себе господства на море был заключён союз с главным конкурентом Венеции Генуей и основана генуэзская колония в Галате, одном из районов Константинополя, но флот в предстоящем деле так и не пригодился.

В июле 1261 г. Палеолог послал на военную разведку одного из своих полководцев Алексея Стратигопула в сопровождении восьми сотен половецких лучников. Прибыв к стенам Константинополя, Стратигопул выяснил, что недавно прибывший в город венецианский подеста подговорил рыцарей совершить набег на остров Дафнусий, который был одним из владений никейцев. В ночь на 25 июля местные жители провели людей Стратигопула в город и утром охрана у ворот Пиги была перебита и отряд византийцев ворвался в Константинополь. Узнав о происходящем в столице, император Балдуин и его воины поспешили обратно и, осознавая слабость своего войска, Стратигопул приказал поджечь дома католиков. Рыцари, не помышляя о сопротивлении, бросились спасать добро из своих жилищ, а затем устремились к гавани, причем византийцы не препятствовали их бегству. Одним из первых, бросив императорские инсигнии, бежал император Балдуин Второй.

Император спал, когда в его опочивальню вбежала его сестра Евлогия с криками «Государь, ты взял Константинополь! Господь даровал тебе Константинополь!», а 15 августа того же года произошла коронация василевса в святой Софии.

Но одним из минусов реставрации старой Византии стало то, что основная часть общества, выражающая политическую и идеологическую составляющие, взяла на вооружение старые универсалистские идеи, которые, казалось бы, ушли в небытие, но груз «Богохранимой Империи ромеев»оказался Византии не по плечу.

Население Константинополя, оставшегося пусть и одним из крупнейших городов Европы, сократилось до нескольких десятков тысяч жителей, в тени древних стен горожане выращивали овощи и восстановление столицы требовало колоссальных затрат. В ответ на увеличившиеся налоги уже в 1262 г. в Вифинии вспыхнуло большое крестьянское восстание. Увы, Палеологи не замедлили привести в упадок многое из того в государственном устройстве, что удалось поставить на необходимый уровень Ласкарисам…

Внешние враги не преминули возобновить давление на империю. Недавний союзник греков генуэзец Гверчино заключил союз со злейшим врагом Византии сицилийским королем Манфредом. Своих интриг не прекращал и эпирский деспот. Тогда в целях получения прикрытия с Запада Михаил пошел на заключение унии с католической церковью. В июле 1274 Григорий Акрополит прочёл латинский символ веры «Credo»в одном из храмов Лиона. Патриарх Иосиф Первый отказался поддержать сближение церквей, его поддержала и большая часть духовенства, наиболее ретивые богословы — как один из ярчайших теологов того времени как Иоанн Векк, выразили свой протест и оказались из-за него в темнице. Проведя некоторое время в тюрьме Векк раскаялся в своих старых убеждениях и впоследствии был посажен на патриарший престол. Попытка унии с католиками, которых византийцы считали схизматиками, была отвергнута как светским, так и духовным обществом. Императора стали величать «вторым Юлианом»по аналогии с Юлианом Отступником. Начались гонения и выселения из столицы. Со своей стороны и на Западе не прекратилось создание негативного образа Византийской империи. К 1280-м гг. попытки унии были свернуты, в результате чего западное духовенство обвинило василевса в ее провале, а папа Мартин Первый открыто воззвал к крестовому походу против Византии, предварительно отлучив императора от церкви.

Тем не менее военные успехи Михаила Палеолога в какой-то мере стабилизировали положение империи — были отвоеваны Наксос, Кос, Каристос, возвышенности Пелопоннеса близ Монемвасии и Мистру. Очередная война с Ангелами была выиграна в 1278 г. и тогда же был заключён союз с болгарами. Тем не менее антиромейский союз, включавший Рим, Неаполь и Венецию, возник возглавляемый папой и королем Неаполя и двух Сицилий Карлом Первым Анжу. Несмотря на атаку сицилийцев на Фракию во главе с Руссо же Сюлли, которая была отбита, ситуация оставалась непростой. Однако Михаил Восьмой смог заручиться поддержкой короля Арагона Педро Третьего. В результате на Сицилии 31 марта 1282 случилось восстание вкупе с безжалостной резней анжуйцев, известное как «Сицилийская вечеря», к которому приложил руку Арагон, после чего сицилийцам надолго стало не до борьбы с ромеями. За монгольских ханов Абагу и Ногая были выданы две незаконнорожденные дочери царя и в составе византийской армии в тот период часто воевали монгольские отряды.

Блеск внешнеполитических успехов к концу правления Михаила Восьмого привел к полному финансовому банкротству страны. За всего два десятка лет Малая Азия обеднела, сословие акритов, обложенное непосильными налогами, фактически перестало существовать, имперские войска были заняты войнами в Европе, система обороны, созданная Ласкарисами, рухнула, а турки завоёвывали районы империи с ничтожными для себя потерями, либо просто колонизировали опустевшие земли. Граница империи резко покатилась на запад. В столице царили запустение и нужда, император на старости превратился в подозрительного тирана. Когда он скончался 11 декабря 1282 г., его сын Андроник, опасаясь беспорядков, даже не решился организовать отцу достойные похороны. Сын Феодора Ласкариса Иоанн, ослепленный по приказу Михаила Восьмого в 1261 г. впоследствии встретился с новым императором и, тронутый добрым к нему отношением Андроника, простил ему грех его отца.

В первые годы правления нового императора уния была окончательно осуждена и василевс уделил большое внимание церковным вопросам — взамен низложенного Векка патриарший престол снова занял Иосиф Первый. При Андронике Втором по разным причинам сменилось десять патриархов. Вообще этот период характеризуется и тем, что сугубо гражданские люди занимали при нем государственные посты — например, астроном и физик Никифор Хумн и философ Феодор Метохит. Делами армии заведовал воинственный сын и соправитель автократора Михаил IX Палеолог. Именно при Андронике начинает свой путь один из наиболее образованных людей не только Византии, но и всей Европы того периода будущий теолог, философ, впоследствии митрополит Фессалоники Григорий Палама. 

В 1297 г. византийцы заняли Диррахий и этот успех стал последним при Андронике и одним из последних в истории угасающей империи. Около 1300 г. византийцы вмешались в очередной конфликт между Венецией и Генуей, но последняя потерпела поражение и ромеи были вынуждены выплатить огромную контрибуцию. Король Франции Филипп Четвертый Красивый стал призывать к крестовому походу против Византии, но дальше планов дело не пошло, хотя папа Климент Пятый отлучил василевса от церкви в 1307 г. На фоне этих событий незаметным казалось возникновение в 1299-м г. небольшого бейлика в центре Малой Азии, основанного предводителем местных турок Османом Первым, в честь которого бейлик был назван Османским. Но именно этой силе впоследствии было суждено стать могильщиком империи ромеев. В 1302 г. брат императора Михаил, посланный против турок с шестнадцатитысячным войском, потерпел полное поражение и после этого коллапса византийцы уже никогда не могли игнорировать османскую угрозу.

Как и его отец, Андроник поддерживал мир с монголами, а его дочь Мария стала женой хана Тохты.

Ослабленная и лишенная средств византийская армия не могла эффективно противостоять турецкой угрозе и тогда Андроник в 1303 г. решил нанять каталонскую тяжёлую пехоту — альмогаваров. Однако после ряда побед над турками предводитель каталонцев Рожер де Флор сначала затерроризировал императора требованиями денег и земель, а после убийства последнего каталонцы, которых было немногим более трёх тысяч, сначала разорили Пропонтиду, а позже, объединившись с турками, сначала прошлись огненным смерчем по Фракии и осели на землях Центральной Греции. Тогда древняя Ламия, также называвшаяся Зейтуни, стала на некоторое время называться Эль Сито на каталонский манер. Под шумок рыцари-иоанниты в 1310 г. захватили Родос, а турки — Прусу, после чего город стал Бурсой — первой столицей Османской империи.

При этом жёсткая налоговая политика наряду со злоупотреблениями чиновников вызывало все большее озлобление народных масс и недовольство властью. Учитывая, что мир со многими врагами и лояльность ряда союзников покупалась золотом, обнищание империи продолжалось. При этом нехватка золота заставила императора снизить его содержание в монете до четверти ещё в 1295 г.

К старости император стал жесток и подозрителен. Своего брата Константина он уморил в тюрьме, а после 1321 г. решил избавиться и от наследника престола своего внука Андроника Младшего, которого он попытался обвинить в тяжком грехе неправославия. Когда того уже собирались заковать в цепи, пришла весть, что дворец окружён войсками, верными другу его внука Иоанну Кантакузину. Видя, что ситуация явно разворачивается не в его пользу, император, будучи прирожденным актером, превратил сцену обвинения в сцену прощения, однако не собирался оставить планы расправиться с внуком. Эта распря переросла в одну из четырех гражданских войн, отгремевших в Византии за тот век и нанесших и без того обессилевшей державе урон, который трудно переоценить. В 1325 г. император был вынужден продать часть своих украшений западным купцам, изыскивая средства для продолжения кампании. После окончательной победы внука в 1328 г. сначала бывший василевс остался в столице, через год ослеп, а ещё через год принял схиму под давлением Андроника Третьего и скончался в бедности в 1332 г.

Андроник Третий был личностью в высшей степени примечательной. Когда-то он был любимым внуком своего деда, но в юные годы он занимался мотовством и разгулом. В конце концов он залез в серьезные долги к генуэзским купцам. Однако драматичная развязка последовала, когда он узнал, что у одной из его любовниц появился тайный поклонник. Андроник дал задание верному человеку и тот подстрелил незадачливого ловеласа из арбалета. Убитым оказался наследник престола и старший брат Андроника — Мануил Палеолог. Михаил Девятый, соправитель Андроника и его сын умер от горя, а Андроник Второй обрушил свой гнев на виновника смерти сына и наследника престола. К царевичу был приставлен полководец Сергиан, который, в обиде на василевса за некие старые притеснения, стал подстрекать его к восстанию. В 1321 г. Андроник бежал в Адрианополь и потребовал у деда всю полноту власти в Северной Фракии и деньги взамен на оборону границ от сербов и болгар. Довольно большая часть аристократии перешла на сторону повстанцев, поддержанная местным населением, довольным отменой высоких налогов, установленных верховной властью. Поставленный в безвыходное положение император был вынужден принять эти условия. Через некоторое время, Сиргианн вернулся с войском в Константинополь, но уже в 1322 г. Андроник Второй утратил большую часть Македонии и Фракии, Фессалоники, второй по значимости город империи также подпал под власть мятежников. В том же году дед и внук примирились, отправив дважды переметнувшегося Сиргиана в темницу, а Андроник-младший, получив для себя и своего войска внушительную сумму денег, в 1324 г. справился с большой татарской ордой, которая пыталась переправиться через Дунай, получив серьезное ранение в одном из столкновений.

В 1325 г. внук был объявлен соправителем деда, но довольно быстро проявился его мотовской характер. Достаточно того факта, что тогда как Андроник содержал тысячу ловчих для охоты, в казне не хватало денег на обеспечение трёх тысяч каваллариев и двадцати боевых кораблей… Фракийское войско стало голодать, император наотрез отказался оплачивать капризы Андроника Третьего и отряды соправителя двинулись на столицу. Однако поход завершился неудачей, правда стычки между дедом и внуком возобновились. Окончательная победа Андроника Третьего была одержана в мае 1328 г. С этого момента реальная власть в империи была поделена между автократором и Иоанном Кантакузином, который, в свою очередь, находился под сильным влиянием своей матери Феодоры. В 1329 г. император попытался деблокировать осажденную войсками османского царевича Орхана Никею, но его войска были разбиты при Филокрини, правда, на обратном пути удалось взять остров Хиос. После болезни императора и попытки восстания Кантакузинов и Сиргиана почти десять лет империя вела кровопролитные войны во Фракии и на Эгейском море, не надеясь уже восстановить прежнее влияние в Малой Азии. В 1331 г. пала Никея, однако ещё большим шоком стало то, что в ответ на письмо константинопольского патриарха через всего лишь пять лет с наставлением не отрекаться от христианства пришли вести о том, что немалая часть населения уже не только выучилась бойко говорить по-турецки, но и приняла ислам. В 1337 г. пала Никомедия. На Балканском полуострове достигались некоторые успехи — в 1336 г. был присоединен остров Лесбос, в 1337 г.- Эпир, от набегов сербского короля Стефана Душана удалось защитить границы, укрепления Галаты — генуэзского эксклава в Константинополе, были срыты. Но постепенно противники продолжали давление, турки готовились шагнуть в Европу и разгром их крупной морской экспедиции в 1337 не изменил соотношения сил.

На это же время приходится расцвет религиозного мистического учения в православии — исихазма с подачи одного из наиболее ярких его идеологов и деятелей Григория Паламы, ставшего митрополитом Фессалоники. С позиций рационализма исихастов критиковал Варлаам, учёный монах родом из Калабрии, но после серии споров между ними Палама одержал убедительную победу. Стоит отметить, что в тот период многие ученые греки косвенно инспирируют развитие тенденций эпохи Возрождения — Варлаам Кантабрийский был учителем Франческо Петрарки и Джованни Боккаччо.

При Андронике Третьем в 1329 г. был учрежден «вселенский суд» из четырех человек с весьма обширными правами – в юрисдикции этого института была вся территория империи и все ее граждане, вплоть до членов императорской фамилии или даже самого государя. При этом любой ромей, будучи притесненным, мог апеллировать к этому суду. Трудно сейчас сказать, насколько действенной была эта мера, но факт существования учреждения с такими полномочиями в эпоху, когда феодальный беспредел был нормой жизни окружающих стран, безусловно достоин упоминания.

Падение Византии (14-15 века)

После смерти Андроника Третьего в 1341 г. к власти пришел Иоанн Кантакузин, вошедший в историю как Иоанн Шестой.

Отчасти приход к власти в Византии семьи Кантакузинов, которая обладала огромным влиянием в особенности в регионе Фракии, где их опорой была могучая крепость Дидимотихо, стал причиной раздора, вошедшего в историю как серия гражданских войн середины 14-го века. На фоне общего упадка ромейской государственности и усиливающегося постоянно внешнего давления данный аспект стал для Византии губительным, а нежелание элиты преодолеть внутренние неурядицы ради противодействия внешним врагам — самоубийственным.

Император в период своего правления опирался главным образом на крупных землевладельцев и собственную армию, характер которой носил все черты личной гвардии. Этого образованного и неглупого человека можно было назвать самым незаурядным среди правителей Византии 14-го в., и из всех правителей эпохи Палеологов. Но ситуация, в которой находились ромеи в эту сложную и крайне противоречивую эпоху, привела к тому, что умирающей империи все его дарования не принесли почти никакой существенной пользы.

Ещё до прихода к власти интриги и перипетии привели Иоанна к конфликту с Алексеем Апокавком, дукой флота, занимавшим одну из ведущих должностей при дворе Анны Савойской, вдове покойного Андроника Третьего. В результате, 19 ноября 1341 г. противники Палеолога организовали коронацию малолетнего Иоанна Пятого, и две группировки: городские ремесленники и средний класс, поддержавшие Палеолога и крупные землевладельцы, ставшие на сторону Кантакузина, схлестнулись в противостоянии. Остроту борьбе придавал и религиозный фактор, так как Иоанн Шестой Катакузинос был ярым сторонником исихастов.

В результате разгромов, прокатившихся по столице, многие дворцы и дома кантакузинистов были сожжены. К 1342 г. крупные землевладельцы были изгнаны из Фессалоники и Адрианополя.

Оформился выраженный антифеодальный союз городов и крестьянства с законной императорской властью, которую представляло правительство Анны Савойской. Со временем народные выступления зачастую стали проходить под лозунгом избиения всех богачей. В стране началась революционная анархия, многие подробности которой впоследствии расписал и сам Иоанн Шестой в своих воспоминаниях.

Один из самых уникальных эпизодов на фоне всей византийской истории произошел в Фессалоники, где фактически на некоторое время сложилась независимая от всей остальной империи ромеев республика. Во главе так называемого движения «зилотов», сплотившего торгово-ремесленнические слои второго по значимости города Византии, встали архонт Михаил Палеолог и сын (по другой версии брат) Алексея Апокавка — Иоанн. Была проведена конфискация излишков имущества олигархов и наиболее богатых монастырей. Первое время Кантакузин пытался договориться с оппонентами, но довольно быстро стало ясно, что ввиду крайней позиции Апокавка сделать это едва ли удастся. В 1342 при попытке осады Фессалоники Иоанн Шестой потерпел несколько тяжёлых поражений и был вынужден уйти в Сербию под защиту Стефана Душана. Годом позже ещё одна попытка взять Фессалоники потерпела фиаско, вдобавок отношения с Душаном испортились, сербы вторглись в Македонию, а болгары осадили главную вотчину Каниакузиноса — Дидимотихо. Положение казалось критическим, но подоспела неожиданная подмога — три сотни кораблей с наемниками турецкого эмирата Айдын Умура. Это позволило Каниакузиносу перейти в наступление, захватив многие регионы Фракии. Хотя впоследствии силы турок в немалой мере отвлекла морская война, которую мусульманам объявил папа Климент Шестой. Довольно быстро под контролем правительства Анны Савойской остались лишь Константинополь, полуостров Галлиполи и Фессалоники, стоявший главным образом за независимость, но в то же время боровшийся не столько за Иоанна Пятого, сколько против Иоанна Шестого. Частью опустошенной турками Фракии владел Кантакузин, северные и юго-восточные области этого региона оказались под властью турок, болгар и сербов. Видя самоубийственный характер войны, Анна Савойская готова была пойти на мировое соглашение с Кантакузином, но Апокавк, которому в случае поражения грозила бы смерть, идти на попятную не согласился. Вопреки протестам Анны Савойской Апокавк развернул настоящий террор против своих политических противников и даже престарелая мать Иоанна Шестого погибла в темнице.

Однако когда 11 июня 1345 г. Алексей Апокавк решил взглянуть на томящихся в тюрьме политических противников, был убит цепями во время начавшегося бунта. Одновременно началось восстание в Фессалоники. Иоанн Апокавк и сотня представителей городской аристократии погибли. Мириться с кантакузинистами фессалоникийцы не желали ни при каких обстоятельствах. Старый союзник Иоанна Шестого Умур завяз в войнах в Азии, но Иоанн заручился помощью турецкого эмира Урхана, отдав свою дочь Феодору в его гарем. 

В 1346 г. прибывший в Адрианополь иерусалимский патриарх короновал там Иоанна Шестого, а собравшиеся там епископы объявили низложенным Иоанна Калеку. Тем не менее Палеолог не собирался сдаваться. Новый этап борьбы привел к тому, что турки-наемники, которых использовали обе стороны, совершенно разорили Фракию. Анна Савойская заложила драгоценные камни из своей диадемы, чтобы рассчитаться с наемниками, и выкупить их обратно так и не удалось. Однако в феврале 1347 г. сопротивление Палеологов было окончательно сломлено и Иоанн Шестой был коронован официально. Сразу после этого была одержана ещё одна уверенная победа исихастов, когда на соборе был избран патриархом Исидор, который осудил учение Варлаама Калабрийского как еретического.

Гражданская война совершенно истощила и без того слабую страну. Была истощена как казна, так и состояние самого Кантакузиноса. Оловянная, деревянная и глиняная посуда сменила столовое золото и серебро, в короне вместо драгоценных камней блестели стеклянные реплики. Фракия лежала в руинах, по ее дорогам рыскали разбойники, большая часть островов Эгейского моря была потеряна, в Фессалоники жители не признавали ни Иоанна, ни нового патриарха Исидора, а назначенного митрополитом Григория Паламу не впустили в город. 

В свое время война двух Андроников серьезно подорвала силы империи, война двух Иоаннов нанесла Византии сокрушительный удар и в этих обстоятельствах последовала новая напасть — в 1348 г. в страну пришла «Черная смерть», эпидемия, свирепствовавшая в Европе в 1347-1353 гг. Империя потеряла до одной трети населения.

В 1349 генуэзцы Галаты потребовали передать им возвышенность за северной стеной Константинополя для возведения новых укреплений. Получив отказ, они совершили самозахват спорного участка, сожгли дома и склады, принадлежавшие грекам, а также спалили и несколько обветшалых кораблей, которые гордо носили имя ромейского флота. Император убедил богатейших граждан города собрать деньги на постройку новых судов, но и они были сожжены в морском бою с эскадрой Галаты. Тогда Иоанн увеличил пошлину, взимаемую с итальянских купцов, впятеро уменьшив ее для купцов своих. На вырученные деньги была построена ещё более мощная флотилия и генуэзцы пошли на мировую. Вскоре Феодор Метохит, возглавивший Фессалоники, сдал город Кантакузину и в него вошли два императора сразу — Иоанн Пятый Палеолог и Иоанн Шестой Катакузинос.

В 1348 г. от чумы умер византийский наместник Фессалии и регион практически без пролития крови был занят сербским королем Стефаном Душаном. В 1351 г. Иоанн позволил втянуть себя в конфликт между Венецией и Генуей, как в свое время и Андроник, оказался в проигрыше и был вынужден выплатить огромную контрибуцию. 

Борьба императора с децентрализацией привела к тому, что недовольная знать начала группироваться вокруг Иоанна Пятого и в 1352 Палеолог попытался взять Адрианополь, владение императорского сына Матфея, а когда это не удалось — закрепился в Дидимотихо и родовое гнездо его соперников дало ему приют. После этого он отправился на о-в Тенедос к итальянцам и начал захватывать близлежащие острова. Император, надеявшийся на помощь турок, начал расселять османских наемников вокруг столицы, выбрасывая все большие и большие суммы, включая деньги пожертвованные московским князем Симеоном Гордым на ремонт обветшавшей Св. Софии на оплату задолженностей перед ними. Эта политика завершилась тем, что турки начали прибирать к рукам земли Византии уже в Европе. В 1352 г. ими была захвачена крепость Цимпе на европейском берегу Дарданелл. Спустя два года жители покинули разрушенный землетрясением город Галлиполи и уйти оттуда вчерашний союзник императора Урхан не согласился ни за десять, ни за сорок тысяч обесценившихся ромейских иперпиронов. Вскоре сын Урхана Сулейман захватил Кипсели и окрестности Редесто. Турки ступили на европейскую землю и выгнать их обратно не было ни малейшего шанса.

Попытка захватить Тенедос летом 1354 г. не увенчалась успехом, а вскоре Иоанн Пятый Палеолог подошёл на судах своего итальянского союзника Франческо Гаттелузи к стенам столицы, ворота были открыты представителями «пятой колонны» Палеолога и в городе началось избиение сторонников императора, в то время как каталонскую гвардию Кантакузиноса удалось отрезать от дворца. В результате Кантакузин решил остановить дальнейшее кровопролитие, отрекся от престола и принял постриг. Однако и в монастыре этот неутомимый, энергичный человек не перестал заниматься политикой и принимать участие в жизни страны. Так, когда Григорий Палама попал в плен к туркам, монах Иоасаф (такое имя принял император в монашестве) собрал деньги, чтобы его выкупить. Образованнейший человек, он написал множество различных сочинений. В конце концов он примирился и с Иоанном Пятым и его влияние при дворе сохранялось вплоть до его кончины в возрасте 92 лет в 1383 г. Стоит отметить, что большая часть центрального региона Пелопоннеса — Мории отошла снова к ромеям именно в период правления Иоанна Шестого, когда сын императора Мануил Кантакузин отвоевал ее у потомков крестоносных баронов.

Соправителем Иоанна некоторое время был его сын Матфей Кантакузин, однако в 1357 г. он попал в плен к сербскому воеводе Воихне, который, впрочем, обошелся с пленником милостиво, удовлетворившись его отречением от престола. Однако через несколько лет титул был ему возвращен, а с 1380 г. он сменил своего умершего брата, возглавив Морейский деспотат, но подписываясь как василевс ромеев. 

Закончив войну с Кантакузинами, Иоанн Пятый Палеолог оказался у власти. Страна, разоренная двумя гражданскими войнами, являла собой безрадостную картину разорения и опустошения, Константинополь лежал в руинах, казна была пуста, армии не существовало. Добавляла проблем и сама двусмысленная ситуация с положением императора — при его номинальной власти, реальное влияние, особенно в церковной сфере было сосредоточено в руках Иоасафа, то есть Иоанна Шестого Кантакузиноса. Документы, которые ему доводилось утверждать, Кантакузин подписывал как «Иоанн, во Христе Боге верный император и самодержец ромеев, ради божественного монашеского чина переименованный в монаха Иоасафа» и, по утверждениям историков, «если прежде его политика служила богословию, то теперь посредством богословия он проводил свою политику». Палеолог, женатый на дочери Иоанна Шестого, был вынужден делить власть с тестем. Монах Иоасаф теперь обладал авторитетом чуть ли не большим, чем в годы светской власти. Что же касается молодого императора, то такой авторитет ему и не снился, сам же василевс был человеком ветреным и крайне легкомысленным, в основном тратя время на красоток, которыми он легко увлекался.

В 1359 г. турки предприняли первое нападение на Константинополь. Стены, построенные ещё в позднеримские времена, сдержали натиск, однако в 1361 и 1362 гг. османы овладели Дидимотихо и Адрианополем соответственно. В 1365 г. столица Османской империи была перенесена из Бурсы в Адрианополь, и теперь захват турками оставшихся земель Византии стал лишь вопросом времени. 

Иоанн Пятый пытался найти помощь на Западе. В 1366 г. он отправился к королю Венгрии Лайошу Первому, но ничего существенного добиться не смог. Несколько облегчил положение империи ромеев дядя Иоанна по матери Амадей, герцог Савойский — он вызволил василевса из болгарского плена, в который тот попал, возвращаясь из Венгрии и выбил турок из Галлиполи. 

Вместе с войском Амадея в столицу прибыл папский легат Павел, который однозначно заявил, что без заключения унии военной помощи Византия не получит. По поводу же унии между Иоанном Пятым и Иоасафом возникли разночтения — если первый считал, что «Константинополь стоит мессы», то второй отвергал все ее возможности, настаивая на созыве собора в столице и прений, которые докажут правоту одной или другой стороны. Легат, быстро разобравшись, от кого зависит решение проблемы, обращался только к Кантакузину: «Ибо ты (Иоасаф) подобен вертелу, на котором все, как куски мяса, висят; и если ты сдвинешься, они вместе с тобой повернутся». Иоанн Пятый был вынужден смириться с таким положением вещей, хотя это было и нелегко. Выяснив настроения ромеев, легат уехал в Рим.

В 1368 г. в Константинополе был созван собор, на котором канонизировали Паламу, в то время как Варлаам Кантабрийский и его сторонники были переданы анафеме включая Прохора Кидониса, братом которого был Дмитрий Кидонис — первый приближенный и советник Иоанна Пятого. Так императору дали понять, что латинофильской политики общество не потерпит.

Тем не менее, в 1369 г. император в сопровождении Дмитрия Кидониса снова отправился на запад — в Рим. 18 октября Иоанн Пятый Палеолог принял католичество, подписав унию, но при этом не находилось ни одного греческого иерея.

Отчаянный шаг не принес Византии ни малейшей пользы кроме обещаний и незначительных субсидий. На обратном пути императора захватили венецианцы, требуя расчета по долгам, в противном случае угрожая долговой тюрьмой. Регент престола Андроник Четвертый не сделал ничего для освобождения отца, требуемую сумму собрали средний сын василевса Мануил и Иоасаф Кантакузин и в 1371 император был отпущен. 

По возвращении Палеолог, не желая обострения противоречий в Византии, отрекся от католичества. Отчасти благодаря вмешательству Иоасафа эпизод был предан забвению. 

26 сентября 1371 г. турки разгромили армию сербского деспота Иоанна Углеша при Черномене. Османская Империя превращалась в силу, которой нереально что-либо было противопоставить. В 1373 г. Иоанн Пятый признал себя вассалом султана Мурада Первого и с этого момента сам титул василевса стал фикцией, так как фактически Византия утратила суверенитет. Под властью империи в Малой Азии оставались лишь отдельные города, которые отторгались османами по мере надобности. В 1376-1379 гг. новые беды и невзгоды постигли империю ромеев — за пять лет до этого после истории с отказом выплатить деньги венецианцам император лишил права наследования своего сына Андроника и передал это право Мануилу. В 1373 г., когда Иоанн Пятый находился в Малой Азии со своим сюзереном султаном Мурадом Первым, Андроник вступил в переговоры сыном Мурада Санджи и оба они синхронно подняли мятеж против отцов. Мятеж был быстро подавлен, Мурад ослепил своего сына и посоветовал то же самое сделать с Андроником, однако экзекуция намеренно не была доведена до конца (раскаленное железо держали над глазницей, что привело к серьезному ухудшению зрения,но не его потере). В результате Андроник потерял один глаз, а вскоре бежал из заключения и спрятался в Галате. В 1376 г. он обратился за помощью к генуэзцам и к туркам. Мурад предоставил Андронику 10 тысяч воинов, Константинополь был взят, отца и брата узурпатор посадил в темницу. Расплатой за предоставленную турками помощь стали все города на Галлиполи, освобожденные в свое время Амадеем Савойским. В 1379 г. Иоанну Пятому и Мануилу удалось бежать к султану Мураду и на сей раз султан выделил войска уже против Андроника. Последний снова бежал в Галату, взяв с собой в качестве заложника престарелого Иоанна Кантакузина. Спустя два года султан надавил на Иоанна Пятого и тот простил сына. В 1385 г. Андроник снова попытался восстать против отца, но был разгромлен и вскоре умер.

15 июня 1389 г. сербские войска под командованием князя Лазаря были разгромлены на Косовом поле. Перед битвой сербский аристократ Милош Обилич проник в стан врага и зарезал Мурада Первого. Ещё в ходе сражения командование армией и фактическое главенство в Османской империи принял сын Мурада Баязид Первый, вошедший в историю с прозвищем Йылдырым — молниеносный. Новый правитель османов и вовсе перестал ставить ромеев во что бы то ни было, и уже в 1390 г. Иоанн Пятый, наследник трона Юстиниана, Ираклия, Иоанна Цимиски и Василия Болгаробойцы был вынужден штурмовать вместе с турками последний византийский город, оставшийся в Малой Азии — Филадельфию. Этот акт был признан позорным рядом византийских хронистов, спустя два года разразился гневным посланием и московский князь Василий Первый, забыв, впрочем, как в свое время его прадед Иван Калита собирал дань с остальных близлежащих земель для Орды не так уж задолго до этого. В 1390 г. император приказал укрепить фортификации Константинополя, использовав мрамор и камень обветшавших церквей столицы, но Баязид, узнав об этом, приказал снести новые укрепления и василевс, не вынеся жестокого морального потрясения, умер в 1391 г.

Именно в период правления Иоанна Пятого в Мистре на Пелопоннесе начал свою деятельность последний крупный византийский философ, следовавший идеалам античности Гемист Плифон. Довольно открыто имперскому термину «ромей» Гемист Плифон противопоставил узконациональный термин «эллин» и столь же открыто он проповедовал возвращение к образцам и установкам Древней Греции вплоть до восстановления язычества, что не столько даёт нам представление о первых ростках греческого национального движения после античной эпохи и последних перед восстаниями, возглавленными Дионисием Философом в начале 17-го в, сколько об уровне свободы нравов византийского общества даже в эпоху упадка. 

Сын Андроника Четвертого Иоанн Седьмой в 1390 г. при поддержке Баязида захватил Константинополь и короновался, но был выбит при помощи своего дяди Мануила. Через восемь лет он же поднял восстание, но снова благодаря Мануилу этим планам не суждено было реализоваться. При этом горе-император предлагал свои призрачные права на трон Византии французам в обмен на замок в Европе и 25 000 флоринов содержания в год, однако эта крайне сомнительная сделка была ими отвергнута. Когда в 1402 г. во время отъезда Мануила Второго турки подступили к Константинополю и Баязид потребовал его сдать, Иоанн Седьмой, объявленный соправителем, повел себя храбро, заявив султану, что ромеи сейчас слабы, но Бог может сделать их сильными.

Так или иначе после смерти Иоанна Пятого был коронован его средний сын Мануил Второй, который не питал никаких иллюзий по поводу турок и был их непримиримым врагом. Султан, прекрасно понимавший настроения Мануила, настоял на том, чтобы именно он был послан в Малую Азию во главе союзных византийских отрядов, участвовавших в осадах последних греческих эксклавов полуострова. Династии Палеологов выпала тяжёлая доля — видеть упадок и гибель своей страны, а Мануилу Второму было тяжело вдвойне, так как император несомненно обладал дарованиями и талантами, но уже само положение Византии не оставляло иного пути кроме нисходящего. Василевс как мог, пытался сдержать экспансию османов, но без денег и солдат получалось это из рук вон плохо. Даже на свою коронацию василевс был вынужден бежать тайком из-под лагеря османов под Бурсой. В 1392-1394 гг. были оккупированы Македония (вместе с полуостровом Халкидики и Фессалоники) и Фракия. В 1394 г. в ответ на отказ императора предоставить кади — исламскому судье — судебную власть также и над христианскими жителями города, Баязид начал осаду Константинополя, которая продлилась с небольшими перерывами восемь лет. Припасы доставляли по морю, которое было свободно от турок, однако все равно жители страдали от голода, а строения города разбирались на отопительные материалы. Византийское посольство во главе с Мануилом Хрисолором обивали пороги западных владык в поисках помощи. Венгерский король, а впоследствии и император Священной Римской империи Сигизмунд смог организовать крестовый поход против турок. Основную силу крестоносцев составили польские, чешские, немецкие, французские и венгерские рыцари. 25 сентября 1396 г. при Никополе рыцарское войско потерпело полное поражение вследствие раздоров в самом войске и недисциплинированности французов, бросившихся в погоню за отступающими турками несмотря на призывы короля вернуться. Десять тысяч рыцарей попали в плен и Баязид, разозленный большими потерями турок, приказал казнить всех кроме трехсот наиболее знатных. Когда же Сигизмунд, укрывшийся в Константинополе, уплывал через Дарданеллы в Европу, султан приказал выстроить пленников по обеим сторонам пролива и те посылали проклятия вслед ладье короля. Через некоторое время после этого коллапса войска Баязида вторглись на Пелопоннес и Феодор Палеолог с согласия брата-василевса продал большую часть деспотата ордену госпитальеров — столь безнадежно выглядела ситуация.

Помощь извне также не особо спасала положение — из Московского княжества поступили кое-какие скудные пожертвования от князя Василия Первого и 1200 французских тяжеловооруженных воинов во главе с храбрым маршалом Бусико, незадолго до этого вырвавшимся из османского плена. После этого василевс отправился на Запад, оставив в городе соправителя Иоанна Седьмого. Он посетил Венецию, Падую, Флоренцию и в 1400 г. прибыл в Париж. Там ему удалось получить ренту в 30 000 серебряных монет ежегодно, принят он был роскошно. После обещаний военной помощи василевс отбыл в Англию, но Генрих Четвертый Ланкастер, занятый войной с полунезависимыми баронами и шотландцами принял василевса с помпой, но не горел желанием помочь. Вернувшись в Париж, император вскоре убедился, что все, что ему удастся увезти в Константинополь — это некоторые денежные средства и посулы, так как у короля Карла Шестого Валуа прогрессировало безумие. Византийцы образованностью и манерами оказали глубокое впечатление на парижское общество. При этом, несмотря на практическое отсутствие средств, император делал все для того, чтобы поддержать образование и науку, а папа римский Пий Второй писал, что для любого итальянца в его времена не было лучшей рекомендации, чем образование, полученное в Константинополе.

Спасение, вернее, отсрочка гибели Византии, пришло летом 1402 г. оттуда, откуда никто не ждал — 28 июля этого года под Анкирой (совр. Анкара) произошло сражение между войсками непобедимого Тамерлана и Баязида. В битве османы потерпели сокрушительное поражение, а султан попал в плен. К 1403 г. в Константинополь, осада которого была, в связи с таким ходом событий снята, вернулся из Парижа Мануил Второй. Через некоторое время ромеи вернули Фессалоники. В 1411 г. столица Византии снова была осаждена на сей раз Мусой, братом султана Мехмеда Первого, но через два года Мехмед разбил Мусу и снял осаду. Междоусобица в Османской империи продолжалась до 1418 г. и интриги византийцев подпитывали ее в весьма немалой мере. За это время были существенно расширены владения Византии на Пелопоннесе. Сам император принял деятельное участие в работах в Морее, укрепив Эксамилья (Гексамилион) — стену, которая ещё с древних времён перекрывала Истмийский перешеек. 

В 1422 г. вследствие поддержки годом ранее византийцами династических претензий на престол брата только что воцарившегося султана Мурада Второго Кучук-Мустафы и после поражения последнего, Константинополь был осажден, причем при штурме было применено пороховое оружие. Однако атака была отбита, османы бежали, бросив почти все свои орудия, а вскоре им и вовсе пришлось ретироваться в Малую Азию из-за начавшегося там восстания. К этому времени Мануил Второй уже лежал во дворце разбитый параличом и Иоанн Восьмой фактически руководил государством. Годом позже турки напали на Пелопоннес и, разрушив укрепления Истма, разорили регион. На Византию была наложена тяжелая дань — 30 000 иперпиронов ежегодно, не считая значительных территориальных уступок. После этого Мануил окончательно отошел от дел и скончался в 1425 г.

Правление Иоанна Восьмого в немалой мере было переплетено с двумя направлениями — борьбой с западными феодалами в Морее. В 1428-1432 гг. они были почти полностью нейтрализованы и в конце концов только Метони, Корони, Аргос и Нафплион остались в руках венецианцев. Не менее важным направлением была и борьба между двумя партиями — «православных», которых возглавлял митрополит Эфесский Марк Евгеник, убежденных, что отречься от православия, пойдя на унию с папой недопустимо, и «латинофилов», главой которых после 1440 г. стал Виссарион, ученик Плифона, считавших, что контакт с западом или даже подчинение ему всяко лучше, чем потеря государства под непрекращающимся давлением со стороны турок. 

Уния казалась той самой соломинкой, за которую могло ухватиться византийское государство, переговоры о ней шли ранее, но были прерваны осадой 1421 г. Новый этап осады Константинополя турками начался в 1431 г.и продолжался семь лет.

В западной церкви в тот период царил раздор, а авторитет папства после того, как на престоле Св. Петра некоторое время находился ряд как минимум сомнительных фигур, таких как садист Бартоломео Приньяно (Урбан Шестой) или убийца и развратник, бывший пират, Бальтазар Косса (Иоанн Тринадцатый), упал как нельзя ниже. В 1431 г. состоялся собор в Базеле, утвердивший примат собора над папой и в свете этой схизмы объединение западной и восточной церквей, благословенное католическим иереем, могло вернуть былой авторитет институту папства. Сторонники базельского собора тоже это понимали и каждая из сторон конфликта пыталась перетащить ромейскую делегацию на свою сторону. Так, присланные в Константинополь галеры базельцев чуть не начали бой в виду башен столицы с галерами папы.

В результате Иоанн Восьмой склонился к контакту с папой Евгением Четвертым, а в качестве места собора была избрана Феррара. 24 ноября 1437 г. на восьми судах греческая делегация во главе с императором, его братом Димитрием, патриархом Иосифом Вторым и двумя полномочными представителями патриархов Александрии и Иерусалима отправилось в путь. В Венецию посольство прибыло в феврале следующего года и в марте греки оказались в Ферраре.

В результате неприятности и неурядицы, которые привели к конечному провалу миссии, начались почти сразу. Евгений Четвертый потребовал у Иосифа Второго целования туфли, но тот отказался, сославшись на то, что «другие апостолы не отдыхали ногу святого Петра». Евгений отступил, но не отказал себе в удовольствии делать грекам маленькие гадости — им задерживалась выплата содержания, а на приемах выделялись далеко не самые почётные места.

В ходе обсуждений и прений, первый этап которых длился три месяца, выявилось полное нежелание соперников прислушиваться к мнению оппонентов. Император запретил православным покидать собор, несмотря на желание некоторых особ это сделать, папа требовал начала собственно собора, а не предварительных комиссий. Несмотря на то, что споры велись вежливо и сдержанно, отношения между православными и католиками заметно ухудшились, а ни из представителей западных государств, ни от «базельских отцов» никто не прибыл, сказывалось неверие сторон в способность какого-либо собора уладить ситуацию. 8 октября 1438 г. прения продолжились, но и в этот раз к общему знаменателю прийти не удалось.

В результате под предлогом начавшейся чумы итальянцы предложили перенести заседания во Флоренцию и, хотя греки не желали двигаться вглубь страны, новый этап переговоров начался 26 февраля 1439 г. Давление на ромеев усилилось, им и вовсе перестали выдавать какое бы то ни было денежное содержание, грекам пришлось продавать книги, личные вещи и драгоценности, василевс же убеждал иерархов принять условия католиков уже не для утверждения истины, а для получения политических выгод. Делегаты Валахии, Понта и Грузии тайно покинули мероприятие. После смерти престарелого Иосифа Второго на императоров легла вся ответственность за решения, которые предстояло принять и к этому моменту он сам уже шел с куда большей осторожностью на уступки католикам, что нельзя уже было сказать о его подчинённых кроме митрополита Марка Эфесского, стоявшего на позициях православия.

К началу июля 1439 основные постановления собора с горем пополам были выработаны. 5 июля текст унии был подписан. Василевс встал на колени перед наместником Св. Петра и поцеловал ему руку. Отказались от подписания унии Марк Евгеник и делегаты набирающей силу Москвы. Помощь, оказанная папой оказалась скорее символической — Евгений Четвертый обязался держать в Константинополе три сотни солдат и две галеры, а в случае острой необходимости предоставить сорок галер на полгода или десять — на год. 1 февраля 1440 г. делегация вернулась в Константинополь и первое, что узнал император, это то, что его любимая жена умерла за несколько дней до его прибытия.

Патриархи восточных церквей единодушно осудили результаты унии. Довольно быстро и иерархи, подписавшие ее, начали отрекаться от своих подписей. Султан Мурад Второй, узнав о результатах собора, пришел в ярость.

В рамках обещанной папой помощи в 1443 г. начался поход против турок. Сначала удалось освободить большую часть Болгарии и султан, занятый войной с Скандербегом в Албании и трансильванским аристократом Яношем Хуньяди, поспешил заключить мир, но вскоре руководители похода кардинал Джулиано Чезарини, король Польши и Венгрии Владислав Третий Ягеллон и Янош Хуньяди, решивший присоединиться к общему делу, решили его нарушить и напали на Мурада Второго. Византия отказалась поддержать «клятвопреступников», хотя те и действовали в его интересах. 10 ноября 1444 г. неподалеку от Варны войска крестоносцев потерпели тяжелейшее поражение, Чезарини погиб, вместе с ним и король. Так закончилась последняя попытка отстоять Византию усилиями западных владык.

Все эти бедствия усиливались и тем, что единством даже в императорской семье и не пахло — то дело чуть не дошло до войны с Морейским деспотатом, то в 1442 г. брат императора Димитрий попытался овладеть Константинополем, но безуспешно.

Иоанн Восьмой скончался 31 октября 1448 г., узнав о поражении ополчения Яноша Хуньяди на злополучном Косовом поле. Очередное поражение западных войск красноречиво показывало, что Константинополь находится на очереди. Через три года после того, как в Константинополе к власти пришел сын Мануила Палеолога и сербской княжны Елены Драгаш Константин Двенадцатый, которому было суждено стать последним императором Византии, в Османской империи стал править султан Мехмед Второй, который окончательно похоронит то, что осталось от империи ромеев.

К этому моменту страна являла собой безрадостную картину разорения и упадка. Под властью византийской короны оставался Константинополь с прилежащими землями, несколько островов в Эгейском море и разоренная турками Морея, откуда султан увел множество пленных в 1446 г. Население столицы сократилось до 40-30 тыс. человек, многие дворцы лежали в руинах, включая Большой Императорский дворец — василевсы жили во Влахернском дворце.

Торговля контролировалась итальянцами, греков терзали нужда и бедность. Противостояние латинофилов и туркофилов ожесточилось — один из представителей последних Лука Нотара часто произносил фразу «Лучше увидеть в Городе мусульманскую чалму, чем латинскую тиару».

Не находили поддержки в народе и попытки императора навязать унию — этот процесс закончился тем, что патриарх Григорий Третий Мамма не был признан большей частью духовенства, а получив низложение от восточных патриархов и вовсе бежал в Италию. Униатство же самого Константина Двенадцатого привело к тому, что так и не состоялась его официальная хиротония — император правил, защищал город и погиб в нем не будучи венчан на царство. Помимо прочего до междоусобных войн доходили стычки между деспотами Мореи Фомы и Димитрия.

Формальным casus belli стала просьба греков увеличить содержание проживавшего в византийской столице одного из родственников султана принца Урхана, который мог гипотетически претендовать на престол. Мехмет по неизвестным нам причинам не казнил его,а выслал к грекам. В результате именно эта просьба была использована как повод для войны.

Всего за пять месяцев с апреля по август 1452 г. турки возвели на европейском берегу Босфора крепость Румели-Хиссар или, как ее называл сам Мехмет, «крепость, перерезающая горло», в то время как на противоположном берегу уже стояла возведенная при Баязиде Первом Анадолу-Хисар. Теперь турки полностью контролировали проливы. Константин отправил к султану посольство с протестом по поводу возведения крепости на греческой территории, но Мехмет пригрозил содрать с послов живьём кожу, если подобная делегация появится ещё раз.

Через некоторое время итальянская эскадра, не подчинившись приказу спустить паруса, была расстреляна из пушек двух крепостей и, хотя, большей части галер удалось уйти в Константинополь, главная галера была потоплена, все спасшиеся с нее моряки — казнены. В конце августа началась подготовка к осаде города, которую наметили на следующую весну.

Приготовления начались и в Константинополе — горожане чинили укрепления, делались все необходимые запасы.

Осенью 1452 г. в Константинополь прибыл папский легат Исидор Киевский. Результат переговоры с папой Николаем Пятым были почти нулевыми. Запад не спешил помочь Византии — все настолько свыклись с незыблемым положением Константинополя, что его падение казалось невероятным. Помощь предполагалось прислать, но позже и ограниченную. Не прислали войск также и деспоты Мореи. Семь сотен воинов на двух галерах привел генуэзский полководец Джованни Джустиниани Лонго и император пообещал ему в удел остров Лемнос, если столицу удастся отстоять. В результате к началу осады, по сообщению хрониста, а также очевидца и участника событий Георгия Сфрандзи, в городе оказалось всего лишь 4973 грека и около двух тысяч иностранцев, способных держать оружие и сражаться.

В гавани города находилось 26 кораблей за вычетом нескольких, бежавших в преддверии осады — пять венецианских, пять генуэзских, три с Крита, по одному из Анконы, Каталонии и Прованса и десять византийских.

В декабре 1452 г. в Св.Софии Исидор, отталкиваясь как от положений Ферраро-Флорентийской унии, так и от приверженности ей императора, отслужил униатскую мессу в Св.Софии и этот акт вызвал в городе вспышку недовольства и протурецкие бурления — туркофил Лука Нотара и тут подлил масла в огонь.

В это же время во Фракии вовсю шли приготовления к штурму византийской столицы. Венгерский оружейник Урбан предлагал сначала помощь в конструировании мощных артиллерийских орудий Константину, но пустая византийская казна не могла потянуть оплату озвученной инженером суммы и тот отправился с аналогичным предложением к султану. К началу 1453 г. была готова самая большая из них, способная стрелять ядрами по 400 кг. каждое, для транспортировки которой требовалось двести человек и шестьдесят пар волов. 

Весной 1453 г. огромная армия, по разным подсчетам насчитывавшая от восьмидесяти до трехсот тысяч человек, начала методично захватывать уцелевшие византийские города и крепости вокруг Константинополя. Пали Виза, Месемврия и Анхиал, под властью Константина остались только Селимврия и Эпиваты. Город спешно готовили к осаде — рыли новые рвы, заделывали стены. Нейтралитет, граничащий с изменой, держали только жители Галаты, однако уже в конце осады они открыто помогали Мехмеду.

Первые турецкие разведывательные отряды появились в виду башен византийской столицы в конце марта 1453 г. Второго апреля ромеи во главе с Константином предприняли вылазку, перебили несколько десятков турок и триумфально вернулись в город. Этот небольшой успех воодушевил греков и 5 апреля, когда войска султана оказались у стен города, настрой ромеев мрачным назвать было нельзя. И, надо отметить, хотя солдат у императора и впрямь было мало, но все они, и греки, и латиняне были прекрасно вооружены и подготовлены. Город располагал всеми необходимыми запасами провизии, «греческого огня», селитры, парусов, арбалетных стрел. Стены города все ещё представляли серьезное препятствие даже для такой огромной армии, как у турок, обладали греки и пушками, хоть и устаревшими. Население было настроено бороться до конца. Оставалась надежда и на войска, обещанные папой и венецианцами.

Султан предложил Константину отдать ему Константинополь в обмен на удел в Морее, за последующую неприкосновенность которого султан клятвенно ручался, но получил решительный отказ.Обстрел города начался 7 апреля. В центре напротив ворот Св. Романа была расположена ставка султана и самых три мощных орудия — пушка-монстр Урбана и два орудия немного поменьше. Всего против укреплений Феодосиевой и Ираклиевой стен действовали четырнадцать батарей.Первое время бомбардировка стен не давала желаемого эффекта из-за низкой квалификации наводчиков, часть ядер не долетала, также пушки невозможно было расположить ближе к стенам из-за опасности вылазок, а увеличить заряд было нельзя из-за опасения разрыва стволов. В результате османам удалось взять лишь две небольшие крепости в предместьях Ферапии и Студиос, несколько десятков пленных, уцелевших от их гарнизонов посадили на кол. Однако и греки поначалу довольно интенсивно изматывали турок вылазками, во главе которых часто выступал и сам император, однако из-за малого количества защитников их скоро пришлось прекратить.

18 апреля начался первый штурм, закончившийся позором османов, которые бежали с огромными потерями. Последующие приступы заканчивались с таким же результатом для османов — примечательно, что малочисленные, уставшие ромеи, полностью снявшие охранку с морских стен совершили почти невозможное — ведь в составе войск Палеолога было не столь много профессиональных воинов — на защиту города встали купцы, ремесленники, торговцы, чиновники, монахи и даже учёные. 20 апреля на рейде Константинополя произошел беспрецедентный в мировой истории морской бой — три генуэзских и один греческий корабль, груженных провизией и с несколькими сотнями волонтеров на борту, вступили в бой с полутора сотнями турецких судов, отправленных Мехмедом на их перехват. Результат боя был столь обескураживающим для турок, что султан, наблюдая за тем, как османские корабли один за другим выбывают из строя, в слепой ярости направил коня в море и очнулся только тогда, когда вода дошла до седла. Четыре корабля прорвались в порт, что вызвало ликование среди горожан и уныние — в лагере противника. Византийцы и генуэзцы потеряли лишь несколько человек, турки — несоизмеримо больше, а османского адмирала от казни спасли лишь полученные им в бою тяжёлые ранения.

Тогда через день османы перетащили волоком в бухту Золотой Рог свои восемьдесят кораблей, причем жители Галаты, под башнями которых это было осуществлено, никак им в этом не воспрепятствовали. А когда через неделю капитан Тревизано попытался с несколькими добровольцами поджечь турецкие корабли, галатцы выдали этот план врагу, галера Тревизано была расстреляна турками и затонула, уцелевших матросов турки казнили на виду защитников города. В отместку разозленный Палеолог приказал казнить две с половиной сотни пленных османов и выставить их головы на кольях на стенах города.

В Золотом Роге были установлены плавучие батареи, хотя первоначально стрельба не давала значительных результатов. Ядра снова не долетали, орудия при отдаче бросало назад и иногда они уходили под воду. Стрельба стала результативнее, когда в начале мая в лагерь султана прибыли венгерские послы, среди которых были артиллерийские специалисты, скорректировавшие работу турецких пушкарей и наводчиков. Теперь повреждения стен стали более ощутимыми, однако самым тяжелым следствием турецкого огня стали потери среди защитников — они были ничтожными по сравнению с османскими, но обороняющихся было катастрофически мало. Стены отваливались целыми участками, но за ночь горожанам удавалось заделывать бреши с использованием любого материала, который был под руками. 

Несмотря на тяжелейшее положение никто не помышлял о сдаче города — новые штурмы турок 7 мая у Месотихиона, а 12-го — у Влахерн снова захлебнулись в крови. Успехи греков продолжились, когда 18 мая им удалось взорвать и сжечь большую осадную башню, построенную по всем правилам военной науки, а 23-го — обрушить подкоп под стены, в результате чего под землёй погибли десятки землекопов и инженеров Мехмеда.

Султан, даже и не догадывавшийся, как выяснилось позднее, об истинной численности своих противников, решил запугать ромеев и императора, отправив ему ультиматум с выбором сдать город или погибнуть — защитникам, и принять ислам или умереть — василевсу. Несмотря на множащиеся разногласия в рядах защитников и участившиеся конфликты между венецианцами и генуэзцами, в ходе военного совета подавляющее большинство приближенных императора приняло решение ультиматум отвергнуть. 23 мая в гавань вернулся корабль, отправленный на поиски папского флота, обещанного в качестве помощи, но флот не был обнаружен — папа и венецианцы погрязли в собственных склоках, ссорясь из-за каждого дуката, вложенного в экспедицию.

Очередной штурм турок захлебнулся в крови 26 мая. На следующий день султан объявил своим войскам,что в случае взятия города он отдаст им его на разграбление на три дня. Началась подготовка к очередной атаке.На рассвете 28 мая Константин Палеолог собрал последний военный совет. Император увещевал своих воинов драться до конца, также просил прощения у всех и каждого, если невольно чем-то кого-либо обидел. На последней службе в Св.Софии вместе молились православные, католические и униатские священники и, как утверждает исследователь Стивен Рансимен, написавший монографию о падении столицы Византии, тогда, на пороге неминуемого конца, состоялось истинное воссоединение церквей.

После службы Константин отправился во Влахернский дворец и попрощался со своими близкими. В целом в этот момент совершенно незнакомые люди на улицах обнимались, прощались мужья и жены, родители и дети и многим родным уже никогда не было суждено увидеться снова.

В час ночи начался новый штурм. В первой волне атакующих шли башибузуки — иррегулярная пехота турецкой армии. Через два часа эта волна отхлынула, оставив под стенами тысячи убитых и искалеченных, но после нескольких залпов артиллерии в бой пошли волны анатолийских турок. Битва кипела вдоль всей стены, однако самый упорный натиск шел между воротами Св. Романа и Полиандровыми. Император с дружиной прикрывал слабейший участок – Месотихион, справа от него сражались наемники Джустиниани, слева – генуэзцы и отряд родственника императора, перешедшего в католичество математика Феофила Палеолога. Ожесточенная резня шла также во Влахернах, где удерживали свои позиции венецианцы.

За час до рассвета большой участок стен был обрушен ядром пушки Урбана в районе ворот Св. Романа. Около трёх сотен турецких воинов прорвались в Паратихион, но были выбиты оттуда гвардией Палеолога. Несмотря на громадные потери, командиры турецкой армии гнали своих солдат вперёд ударами железных палок. После четырех часов непрерывного боя на греков двинулись отборные части янычар — лучших бойцов султана. Казалось, что и этот штурм закончится провалом, янычары несли огромные потери, но в этот момент был ранен и отнесен на свою галеру Лонго Джустиниани. Огромного роста янычар Хасан взобрался на стену, обращая в бегство итальянцев, оставшихся без командира. И хотя Хасан очень скоро был убит, порядок в рядах защитников оказался нарушен. Примерно в этот же момент с полсотни турок прорвалось на стены с тыла через Керкопорту — маленькую дверцу в стенах, которую греки забыли запереть. Вскоре на воротах Св. Романа взвился зеленый флаг ислама. Османы с криками «Город наш» ринулись вперёд, первыми побежали итальянцы. Император приказал отступать к внутренней линии укреплений, но возникла суматоха, многие падали в ямы, из которых горожане брали землю для ремонта стен. Тогда Константин 12-й Палеолог, Феофил Палеолог и ещё трое воинов по призыву василевса «Пойдем, сразимся с этими варварами» бросились прямо в гущу наступающих на них янычаров и более последнего императора Византии более никто не видел…

На улицах кипел бой, против общего врага сражались греки, итальянцы и даже турки — среди защитников города были воины, прибывшие в город с гвардией царевича Орхана.

Началась резня, избиение мирных жителей. Турки ворвались в Св. Софию, учинив расправу над сбежавшимися туда жителями — очевидцы впоследствии рассказывали, что крови в главном храме Византии после этой бойни было по щиколотку. 

В Золотом Роге часть жителей спаслась на уцелевших кораблях. Это удалось сделать по той причине, что турки, занятые грабежом, не препятствовали бегству. К вечеру Мехмед, получивший с этого дня прозвище — Фатих,то есть завоеватель, въехал в город. Он сам выгнал из Св.Софии грабивших ее фанатиков. Исламский мулла прочел в церкви мусульманскую молитву и главный храм Византии стал мечетью.

Среди трупов у ворот Св. Романа по золотым орлам на сапогах было опознано тело последнего византийского императора. Султан приказал отрезать Константину голову, а тело похоронить с императорскими почестями. До начала 20-го в. эту могилу, либо то, что за нее принимали, ещё показывали в Константинополе.

Византия пала 29 мая 1453 г. Гибель остатков империи в глазах современников и последующих поколений выглядела столь краеугольным событием, что многие историки отождествляют конец Средних веков именно с захватом османами столицы империи ромеев. В августе 1461 г. последний император Трапезундской империи Давид сдал Трапезунд Мехмеду Второму, несмотря на мощь городских стен и готовность города к обороне. Впоследствии он был казнён вместе со своими сыновьями, кроме одного, Георгия, который согласился принять ислам. Последний же осколок некогда великой Византии пал в 1475 г., когда турки покорили княжество Феодоро в Крыму со столицей в городе-крепости Мангуп — остатки того, что когда-то являлось фемой Климатов.

Впервые за всю свою историю греки не только потеряли свою государственность, но и, в отличие от прецедента римского завоевания, оказались в положении полностью угнетенной нации, подвергаемой постоянному давлению, попыткам исламизации и отуречивания и непрекращающемуся унижению. Нации предстояло пройти этот скорбный и позорный путь для того, чтобы через мучительный, героический и кровавый период ожесточенной борьбы за свободу снова построить свое государство — пусть уже и не в тех пределах, в которых греческая цивилизации развивалась при Перикле, Александре Македонском, Юстиниане, Василии Болгаробойце или Алексее и Мануиле Комнинах.

Вас может заинтересовать:

0
    0
    Корзина
    Ваша корзина пустаВернуться в магазин
    Прокрутить вверх